Этот клоун указал на сиськи, не менее четвертого размера. Даже «пощупал» воздух с таким воодушевлением, что я скривился и еще сильнее закипел от негодования, скрипнув зубами. Еще одно слово, и кто-то отправиться в нокаут!
– Все, хватит троллить Демьяна, иначе завтра будешь с фонарем ходить! – рявкнул Рос.
– И ничего она не толстая, – проворчал я и добавил следом: – Комплекция у нее такая.
***
Из-за плотного алкогольного тумана в голове думать было затруднительно. Так или иначе, но все почему-то крутилось вокруг Ульяны и ее форм, они никак не давали мне покоя. Пока мы с Росом ехали в такси домой, я раз сорок мысленно спрашивал себя, почему даже в бухом состоянии меня тянет, как магнитом к соседке? Меня должен был оттолкнуть факт наличия папика, но я почему-то начинаю размышлять, как, мать его, отбить несносную девчонку и запереть у себя дома. Дальше воображение совсем разгулялось. Так и представлял, как нагну нахалку над кроватью и войду в податливое тело одним резким, уверенным толчком.
В паху заныло, напоминая мне, что неплохо бы спустить пар, а не могу… Единственная девушка, на которую встает без прелюдии, меня не хочет.
Вздохнув, потер лицо ладонями и попытался разглядеть расплывчатый профиль друга. Рос пил в два раза меньше меня и сейчас казался огурчиком. А мне хотелось заглушить хоть чем-то образовавшуюся вдруг зияющую дыру в душе.
Машина затормозила, я лишь мельком заметил, как друг расплатился, вышел, протянул мне руку. Оказавшись на свежем воздухе, должно было прийти облегчение, только тело ощущалось как чужое, ноги подгибались и совершенно отказывались слушаться команды «вперед».
– Пошли, пьянь, – заржал Рос, таща меня «на буксире».
Годный ответ нашелся не сразу, на языке крутился лишь сплошной мат и ничего разумного. Хватило ума попридержать коней.
– Я бы поспорил, – возразил я.
Со стороны даже голос оказался чужим, заплетающимся. Пофигу, об этом буду думать потом. Сейчас же отчаянно хватался за манящий образ Ульяны в той грёбаной мужской рубашке. Как вчера было, помню, открыл двери и охренел. Такая… милая, с округлым личиком и слегка выпирающими щечками. Девушка покраснела, уткнувшись взглядом в мою грудь. Уже тогда подумал: «Хочу ее, чего бы мне это не стоило!»
– И ничего она не толстая! – громко воскликнул, а слова ударили эхом по ушам.
– Да не ори ты, первый час ночи, а мы в подъезде.
– Плевать!
Услышал, как Рос вызвал лифт. Я им пользовался крайне редко, пешком как-то привычнее, но сейчас подъем на четвертый этаж приравнивался к восхождению на Эверест.
Двери лифта распахнулись, и мы оба шагнули в тесноту кабинки. Лишь когда он рванул вверх, я решил продолжить отстаивать точку зрения:
– Не толстая, ясно? Она такая… такая… – а вот подобрать нужные слова не сумел.
– М-да. Клинит тебя, друг, не по-детски, – изрек Рос.
Неожиданно быстро мы оказались на лестничной клетке, и мое тело как по команде «фас» ринулось к двери Ульяны. Даже рука тянулась к звонку, но Рос ее резко одернул.
– Совсем рехнулся? Куда тебя несет?
– Туда, – я смотрел на дверь и реально не понимал, почему не могу оказаться по ту сторону.
– Свою давай открывай, идиота кусок, – Рос говорил шепотом.
Проворчав под нос ругательства, достал ключ из кармана джинсов и попытался вставить в замочную скважину.
– Дай сюда!
Через несколько минут я сидел на кровати и бросал гневные взгляды на друга. Да не тут я хочу быть! Во мне поднимался праведный гнев, кровь гнала с бешеной скоростью, а в голове созревали тысячи гениальных планов, как пробраться домой к соседке. Только все они сейчас выглядели самоубийственно. Особенно последний: перелезть по балкону.
– Слушай меня сюда! – требовательный голос Роса улыбнул. – Ты в таком состоянии сейчас не то, что соседке, ни одной бабе не нужен.
Я воспротивился, выпятил грудь, желая показать, что еще очень способен даже в убитом состоянии. А потом мой пыл резко поубавился, разбившись о жесткую правду реальности.
– Я ей и трезвый не особо-то нужен.
Завалился головой на подушку и прикрыл устало глаза. А там опять она… и эта призывная улыбка, и сносящие крышу поцелуи…
– Прекрати истерику, как баба завелся. Завтра лучше на трезвую голову поговорим. А сегодня, надеюсь, ты будешь паинькой и не вздумаешь искать приключений по пьяни?
Это было последнее, что услышал перед тем, как за другом закрылась дверь. Легко ему говорить – не искать приключений! Но встать реально оказалось затруднительно, а лежать на мягонькой кроватке так заманчиво, что махнул на все рукой и расслабился, даже мысли и те отступили. Меня накрыла блаженная темнота.
***
