Тяжелая и опасная работа перегонять автомобили с Дальнего Востока и до Урала. Занимаются этим перегонщики. На дороге длинной в тысячи километров случается всякое. Поэтому перегоняемые машины идут колонной, отрыв от которой, смертельно опасен. И не легко проезжать каждый раз мимо родных мест, в которых родился и вырос. И когда случается момент их посетить, герой повести сворачивает на проселочную дорогу, ведущую в края родные, то оказывается, что он рано расслабился. Опасности только начинаются.
© Виктор Бондарчук, 2021
© Евгений Сазанов, дизайн обложки, 2021
ISBN 978-5-0055-6835-9
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Дорога Владивосток – Москва изучена Дмитрием Усовым до мельчайших деталей. Вот уже семнадцать лет он перегоняет по ней японские авто. Бывало до двадцати машин в год. И каждый раз притормаживает на знакомом перекрестке. И каждый раз тоска по родным местам давит стопудовым грузом, и нет возможности свернуть направо. Туда, где всего за сто километров на север раскинулся родной городок. Который уже второе десятилетие зовет так постоянно, что снится чуть ли не каждую ночь. И если раньше нельзя было оторваться от колонны, нельзя было подставить себя под опасность, а машину клиента под угон, то сегодня все изменилось. Трасса на всем протяжении стала безопасной. И водители – одиночки уже не боятся гнать свои авто по самой глухой ночи. И если не в этот раз, то уже может и никогда не придется появиться в этих местах. Перегоны машин фактически закончились. Проще и дешевле отправлять машины по железнодорожной дороге. И вот прямо сейчас стоит только крутнуть руль вправо, и через час с небольшим будешь на месте. Увидишь родные места, и может тоска уйдет, и сны перестанут мучить. Правда, клиент ждет машину в далекой Сибири. И он по устной договоренности должен ее получить через пять суток. Вот только уходить с центральной трассы в дебри глухие на новой машине с транзитными номерами нерезонно. Такая поездка может закончиться плачевно. Все здраво и понятно, но искушение сильнее. Всего одна ночь. И уже завтра по раннему рассвету он будет уже далеко от этих мест. И неожиданно принятое решение заставляет напрячься. Гонит на душу тревогу. Но это списывается на обычное волнение перед долгожданной встречей с малой родиной.
Серебристый джип свернул на второстепенную дорогу и помчался по крупной щебенке, которой присыпаны дорожные ямы. Решение принято. Сомнения ушли. Вот только эта дорога, которая никогда не знала асфальта, своей убогостью добавляет в душу легкий страх. И это ему, человеку, который, кажется, прошел огонь и воды. Остались медные трубы, которые ждут его впереди. Водитель усмехнулся и чуть сбавил скорость. Уж очень сильно машину трясло на ухабах.
Сверкающий свежей блестящей краской и никелированными дугами красавец «Паджеро» невозможно было не заметить. Тем более в захолустном городке. В нем, конечно, были японские машины, но не такие новые и не такие яркие. И пост ГИБДД на въезде в городок просто не мог не остановить это яркое чудо японского автопрома. Проверка документов, сверка двигателя и кузова. И молчаливое «добро» на продолжение движения. Перегонщик этого японского чуда не мог и близко предположить, что уже кого то заинтересовал, проехав всего то к центру города. К нескольким коттеджам горнорудной компании, в одном из которых расположилась ведомственная гостиница. Дмитрий не был в этих краях двадцать два года. Он здесь родился и вырос, здесь окончил школу. Отсюда отправился в далекое жизненное путешествие на Дальний Восток. А пока, отмотав почти две тысячи километров, проведя за рулем трое бессонных суток, хотел найти приют, чистую постель и просто по человечески выспаться. Пейзаж родного городка почему то подействовал угнетающе. Не было радости от встречи с малой родиной. Пока надо устроиться в гостиницу, а уж потом пройтись по адресам друзей – одноклассников. Которых, скорее всего, в большинстве своем нет. В родном городке за двадцать лет почти ничего не изменилось. Частный сектор по окраинам. Центр застроен типовыми жилыми пятиэтажками. Двухэтажки сталинской постройки, в которых разместились местная власть, милиция, военкомат, поликлиника, такие же грязно – серые и угрюмые. Все как было. Разве что тогда не было разбитого асфальта на центральной улице, по прежнему носящей имя вождя мирового пролетариата. Хотя нет, кое что изменилось. Нет в центре красивого деревянного здания шахтоуправления, восьмилетней школы и детского садика, в который Дмитрий ходил до школы. Вместо них красуются два десятка современныхкоттеджей из стекла и алюминия. Попавших сюда, если и не из мира фантастики, то явно из благополучной заграницы. Позже он узнает, что все три здания сгорели в одночасье, так как были старыми и деревянными. Красивые коттеджи возведены шахтерским руководством, половина из которого самые настоящие иностранцы. Не какие то там азиаты или негры, а чистопородные англичане. Вот в такой домик и сунулся приезжий, над дверью которого красовалась скромная вывеска на английском «HOTELL».
