– Я очень удивлен, мой друг, – сказал Амин. – Что происходит?
– Не знаю, расскажите мне.
– Вы знаете, что каждый день отсюда идет в Лондон мешок с почтой. У меня было срочное письмо с документами для Лондона и мне был нужен быстрый ответ. Я спрашиваю себя – когда же я его получу? Почему он не пришел? Я спросил в экспедиции, почему нет ответа, и они сказали мне что-то очень странное.
Лэинг положил на стол нож и вилку.
– Что же они сказали, старина?
– Они сказали, что вся почта задерживается, что все пакеты отсюда в Лондон направляются сначала в Эр-Рияд на один день, и уже оттуда идут дальше.
Аппетит у Лэинга пропал. У него появилось неприятное чувство в нижней части живота, и это явно был не голод.
– И как давно это продолжается?
– Полагаю, что уже неделю.
Из столовой Лэинг пошел к себе в кабинет. На столе лежало послание от менеджера отделения банка мистера Аль-Гаруна. Мистер Пайл хотел бы видеть его в Эр-Рияде как можно скорее.
Он успел на дневной рейс Саудовской компании. По пути он был готов избить себя. Задним умом каждый крепок, вот если бы он послал письмо обычной почтой! Он адресовал его лично главному бухгалтеру и, конечно, письмо с таким адресатом, написанным его ясным почерком, будет резко выделяться среди других, разложенных на столе Пайла. Его провели в кабинет Пайла как раз, когда банк закрыл двери для деловых операций.
Найджел Крэмер посетил Куинна в час ленча по лондонскому времени.
– Вы договорились об обмене за два миллиона долларов, – сказал он.
Куинн кивнул.
– Поздравляю. Для такого дела тринадцать дней срок небольшой. Кстати, мой психиатр слушал разговор этим утром, и у него сложилось мнение, что человек настроен серьезно. На него сильно давит желание поскорее смыться.
– Ему придется подождать еще несколько дней, – сказал Куинн. – Нам всем придется подождать. Вы слышали, что он потребовал алмазы, а не наличные. А чтобы набрать столько алмазов, потребуется время. Есть что-нибудь новое об их убежище?
Крэмер покачал головой.
– Боюсь, что нет. Проверены все возможные случаи сдачи помещений в аренду. Либо они скрываются не в жилом помещении, либо же они купили этот дом. Или же договорились неофициально.
– Нет никаких шансов проверить прямых покупателей? – спросил Куинн.
– Боюсь, что нет. Ведь количество недвижимой собственности, покупаемой и продаваемой в юго-западной Англии, – огромно. Тысячи и тысячи домов принадлежат иностранцам, иностранным корпорациям или компаниям, по поручению которых при покупке действовали их доверенные лица – адвокаты, банки и так далее. Как, например, в случае с этой квартирой.
Этим он уколол Лу Коллинза и ЦРУ, которые слышали этот разговор.
– Кстати, я говорил с одним из наших людей в районе Хаттон-Гарден,[4] а он беседовал со своим человеком в торговле алмазами. Кто бы он ни был, но похититель или один из его коллег разбирается в этом деле. То, что он просит, можно легко купить или продать. К тому же это весит совсем немного – около килограмма или чуть больше. Вы подумали насчет обмена?
– Конечно, – ответил Куинн. – Я бы хотел провести его сам. Но я не хочу никаких скрытых «жучков», они будут иметь это в виду. Не думаю, что они привезут Саймона на встречу, так что, если будут какие-нибудь фокусы, он все равно может умереть.
– Не беспокойтесь, мистер Куинн. Конечно, мы хотели бы поймать их, но я понимаю вашу проблему. Так что с нашей стороны никаких фокусов и никаких помех не будет.
– Спасибо, – сказал Куинн.
Он пожал руку работнику Скотланд-Ярда, который отправился докладывать комитету КОБРА о ходе расследования.
Заседание комитета было назначено на час дня.
Кевин Браун провел утро, закрывшись в своем кабинете в подвале посольства. Когда открылись магазины, он отправил двух своих работников со списком нужных ему вещей: самая крупномасштабная карта района севернее Лондона, покрывающая площадь радиусом пятьдесят миль в любом направлении, кусок прозрачной полиэтиленовой пленки такого же размера, булавки для карты и восковые карандаши различных цветов. Он собрал свою команду, расстелил карту и накрыл ее прозрачной пленкой.
– Давайте посмотрим на телефонные будки, которые использует эта крыса. Чак, описывайте их одну за другой.
Чак Моксон посмотрел на свой список. «Первый звонок, – Хитчин, графство Хертфордшир».
– Отлично, вот у нас здесь… Хитчин.
В это место была воткнута булавка.
За тринадцать дней Зэк сделал восемь звонков, девятый звонок был на подходе. Одна за одной булавки втыкались в те места, откуда шли звонки.
Около десяти часов утра один из агентов ФБР, дежуривший на посту прослушивания, просунул голову в дверь.
– Он только что позвонил, грозит отрубить Саймону пальцы стамеской.
– Черт возьми! – выругался Браун. – Этот дурак Куинн все испортит, я знал, что так будет. Откуда был звонок?
– Место называется Саффрон-Уолден, – ответил молодой человек.
