Причина такой сверхпредосторожности была проста. В центре находилось бесценное сокровище: компьютерная запись восьми с половиной миллионов клиентов “ГСП энд Л” с данными их счетчиков, счетами и платежами за несколько лет плюс данные о владельцах акций, сотрудниках, оборудовании компании, инвентаре, технические данные и множество других сведений.
Одна умело поставленная в компьютерном центре ручная граната могла нанести больше ущерба гигантской системе предприятия, чем целая тачка взрывчатки, подложенной под высоковольтные линии или подстанции.
Информация центра хранилась в сотнях пачек магнитных дисков. В одной пачке было двадцать дисков, каждый диск – в два раза больше обычной долгоиграющей пластинки.
Диск содержал записи о ста тысячах клиентов. Стоимость компьютеров составляла около тридцати миллионов долларов. Стоимость записанной информации учету не поддавалась.
Ним пришел в компьютерный центр вместе с Оскаром О'Брайеном. Их целью было проследить за распечаткой того, что официально называлось потребительской анкетой, а на самом деле было приманкой для ловушки, в которую надеялись поймать лидера “Друзей свободы” Георгоса Арчамболта.
Был четверг. Прошло четыре дня после собрания группы в доме главного юрисконсульта, и все это время продолжалась работа над составлением вопросника. Ним и О'Брайен решили, что должно быть поставлено восемь вопросов. Несколько первых были простыми. Например:
Далее отводилось место для достаточно обширных ответов:
И наконец:
Оскар О'Брайен заметил:
– Если это не доведет Арчамболта до сумасшествия и не заставит его ответить, нам ничто уже не поможет.
Правоохранительные органы – городская полиция, ФБР и окружная прокуратура, – узнав об идее “ГСП энд Л”, отреагировали на нее благосклонно. Прокуратура предложила помощь в проверке тысяч вопросников, когда те начнут поступать назад.
Шарлетт Андерхил, вице-президент по финансам, отвечающая в том числе и за компьютерный центр, встретила Нима и О'Брайена после того, как они прошли проверку службы безопасности. Миссис Андерхил, одетая в строгий, но нарядный светло-голубой костюм, сказала им:
– Мы сейчас работаем над потребительской анкетой. Все двенадцать тысяч экземпляров должны быть сегодня вечером на почте.
– Одиннадцать тысяч девятьсот девяносто девять этих проклятых экземпляров, – махнул рукой О'Брайен, – нас не интересуют. Нам нужен только один, который, как мы надеемся, вернется назад.
– Это стоило бы нам намного меньше денег, – съехидничала Шарлетт Андерхил, – если бы вы знали, который из них.
– Если бы мы это знали, моя дорогая Шарлетт, нас бы здесь не было.
Трио направилось дальше в эту страну компьютеров, минуя ряды мягко гудящего металла и стеклянные кабины, и остановилось у лазерного принтера Ай-Би-Эм-3800, который выплевывал вопросники в прозрачных конвертах, уже готовые к рассылке.
Наверху единственной страницы было написано:
Дальше шли имя, адрес, затем перфорация через всю страницу. Ниже перфорации была инструкция:
К каждому вопроснику прилагался для обратного ответа конверт, не требующий марки.
– А где невидимые чернила? – спросил Ним. О'Брайен усмехнулся;
