Мирон вызвал такси и, несмотря на протесты Стеши, настоял на том, чтобы проводить её. Они ехали в тишине, но эта тишина была оглушающей.
— Это была ошибка, — внезапно произнесла она, не глядя на него.
— Не думаю, — ответил он спокойно.
Она повернулась к нему, её глаза блестели от эмоций.
— Мир, я разрушила всё. Свою жизнь, свои отношения. Лев… Он этого не заслуживает.
Мирон посмотрел на неё с таким пониманием, что её слова застряли в горле.
— Ты не разрушила ничего, — мягко сказал он. — Но, возможно, впервые сделала что-то для себя.
— Для себя? — её голос звучал горько. — Это не оправдывает того, что я сделала.
— Ты человек, Стеша. Ты не обязана быть идеальной.
Она замолчала, её мысли путались.
Когда они подъехали к дому, Стеша задержалась в такси, не в силах открыть дверь. Мирон не торопил её, просто молчал рядом.
— Спасибо, — наконец выдохнула она, глядя в окно.
— Если тебе понадобится кто-то, кто будет рядом, — сказал он, его голос был тихим, но решительным, — ты знаешь, где меня найти. Я на несколько дней в городе, поэтому я действительно рядом.
Она вышла, не оборачиваясь. Мирон наблюдал за её уходом, чувствуя, как внутри него всё сжимается.
— Едем обратно? — спросил у него таксист.
— Нет, простите, задумался. Тоже выйду здесь — ответил Мирон, повинуясь шестому чувству. А может, это был импульс любви — он не мог уйти от Стеши далеко, когда она шла в клетку со львом.
Когда Стеша вернулась домой, ключ дрожал в её руке. Она знала, что Лев дома, и её сердце колотилось, будто предвещая бурю. Дверь тихо скрипнула, и она вошла, стараясь не смотреть ему в глаза.
Лев сидел на кухне, его локти упирались в стол, а пальцы теребили край чашки с остывшим чаем. Он выглядел усталым, но в его взгляде читалась тревога.
— Ты где была? — его голос звучал напряжённо, но без крика.
— Я… — начала она, чувствуя, как слова застревают в горле. — Вышла прогуляться. Потом встретила Мирона. Он увидел, что я в плохом состоянии, и предложил помочь.
— Мирона? Как он постоянно оказывается в Питере в самый подходящий момент, если живет и работает в Москве⁈ И поэтому ты не отвечала на звонки всю ночь? — его голос стал громче, взгляд острым.
Она молчала, опустив глаза.
— Стеша, ты понимаешь, что я не спал всю ночь, не зная, где ты? Ты хоть представляешь, что я себе надумал?
— Лев, я… — она попыталась заговорить, но он перебил её.
— Скажи прямо: что между вами? — его слова прозвучали как приказ.
Она подняла глаза, её взгляд был полон боли.
— Ничего. Он просто был рядом, когда мне это нужно было.
— Рядом? — его голос сорвался. — Ты хочешь сказать, что это нормально — оставаться с каким-то мужиком на ночь, когда у тебя есть муж?
— Это не какой-то мужик. Это Мирон, и он ничего такого не сделал! — резко ответила она, начиная терять терпение.
— И ты думаешь, я в это поверю? — он встал, его фигура нависла над ней. — Ты провела с ним ночь, Стеша. Ночь!
— Да, провела! — вырвалось у неё, и она замерла, осознавая, что сказала это вслух.
На секунду в комнате воцарилась гробовая тишина. Лев смотрел на неё, словно не веря своим ушам.
— Ты… что? — его голос стал тихим, но от этого ещё более пугающим.
— Да, мы провели ночь вместе, — повторила она, чувствуя, как в груди разрывается что-то важное. — И это было лучше, чем все те ночи, когда ты думаешь только о себе.
Эти слова стали последней каплей. Лев рванулся вперёд, его лицо исказилось от ярости.
— Ты неблагодарная… — начал он, но его голос уже тонул в крике.
— Неблагодарная? — перебила она, её голос сорвался на истерику. — Ты только и делаешь, что контролируешь меня! Думаешь, если ты всё для меня организуешь, я должна вечно быть тебе послушной куклой?
— Я стараюсь для тебя, потому что люблю тебя! — закричал он.
— Любовь? Это не любовь, Лев. Это контроль, это… — она не успела закончить.
В ярости Лев резко замахнулся и ударил её по щеке.
Стеша замерла, её глаза широко раскрылись. Удар не был сильным, но его значение оказалось сокрушительным. Она не могла поверить, что это случилось.
— Стеша, я… — Лев сразу же отступил, его руки дрожали. — Я не хотел.
Она не слушала. Медленно подняв руку к щеке, она отступила на шаг, затем ещё один, пока не оказалась у двери спальни.
— Стеша, прости. Это… это был импульс, — он пытался подойти к ней, но она закрыла дверь перед его лицом.
Он стучал, его голос становился всё тише.
— Прости меня. Я… Я не знаю, что на меня нашло. Открой, пожалуйста. Мы поговорим.
Стеша опустилась на пол, закрыв лицо руками. Её плечи тряслись, а в голове крутилась одна мысль: «Как он мог?»
Она знала, что Лев сам в шоке от того, что произошло, но для неё это было непростительно.
Стеша сидела на полу спальни, обхватив колени руками, а её тело содрогалось от рыданий. Всё, что было построено за десять лет, казалось разрушенным в один миг.
«Я допустила это. Это моя вина.»
Её мысли метались: как всё это произошло? Разве Лев всегда был таким? Или она просто не замечала, что за его заботой скрывался контроль? Или это она сама сломала их отношения своей ошибкой?
