Его глаза заблестели от едва уловимых эмоций. Растянув уголок губ в хитрой улыбке, он ребячески подмигнул мне.
— Не переживай мы и туда доберемся.
Я открыла рот, чтобы съязвить в ответ, но из моей груди вырвался громкий и весьма неожиданный вскрик, стоило мужчине жестко ворваться внутрь. Закрыв рот одной ладонью, я безропотно принимала грубый напор Адама, пытаясь заглушить оглушающие, как мне казалось, крики. Не сбиваясь с быстрого темпа, мужчина разжал пальцы на моем бедре и сурово прошипел:
— Убери чертову ладонь со своего рта.
Покачал головой, я вцепилась пальцами свободной руки в его предплечье, держась за него, как за опору, чтобы не свалиться на пол от интенсивности проникновений Адама.
— Убери, я сказал.
Не дождавшись от меня нужных действий, но полностью лег на меня, проталкиваясь еще глубже. Я ощутимо прикусила зубами кожу ладони, едва не задыхаясь от пронзившего низ живота наслаждения. Еще немного, и я смогу получить долгожданное удовлетворение, давно забытое за долгие месяцы одиночества. Адам, словно почувствовав мою приближающуюся кульминацию, полностью остановил движение бедер и отцепил мою ладонь ото рта. Захватив мои хрупкие запястья в стальной плен своих пальцев, он недовольно покачал головой.
— Даже в сексе ты проявляешь непослушание.
— Я не хочу, чтобы меня кто-то услышал.
— Николай уже давно ушел домой…
— Вдруг кто-то из сотрудников, оставшихся в фирме, поднимется сюда? — Перебила я мужчину, панически оглядывая дверь. Самым большим страхом на данный момент было разоблачение моей интимной связи с начальником.
— Дверь замкнута, так что никто не сможет сюда войти. А насчет криков можешь не волноваться — в моем кабинете хорошая система звукоизоляции.
— Не думаю, что… Ах!
Потеряв интерес к разговору, Адам продолжил вбиваться в мое лоно, стимулируя набухший клитор указательным пальцем. Я больше не сдерживала себя, полностью отключая разум и отдаваясь во власть эмоций. Первый виток удовольствия вспыхнувшей молнией пронзил низ моего живота. Протяжно застонав, я сжала внутренними стенками жесткий член мужчины, отчего тот издал едва слышный рык, приглушенный кожей моей ключицы. Я закинула ноги на его бедра и пятками вжалась в сокращающиеся мышцы мужских ягодиц.
Тяжело задышав, Адам ускорил движения, подталкивая нас обоих к краю. Спустя несколько наиболее сильных толчков мое лоно вспыхнуло от болезненного, но такого прекрасного оргазма, которого я не испытывала по ощущениям лет сто. Ногтями прочерчивая красные дорожки на мускулистой спине, а зубами впиваясь в плечо мужчины, я что-то невнятно промычала в пропитанную потом кожу. Подхватив меня большими ладонями за ягодицы, Адам сделал несколько жестких толчков и с протяжным стоном навалился всем телом на меня.
Пытаясь привести сбившееся дыхание в норму, я ждала, что меня тотчас же сразит бурный поток сожаления и самобичевания после секса с начальником. Но таких чувств, как ни странно, не было. Наоборот, мной полностью овладело спокойствие вместе с осознанием правильности происходящего. Я поняла, что ни о чем не жалела. И именно об этом я жалела больше всего, потому что чувствовала — за этим последует весьма серьезное разочарование, которое непременно причинит мне боль.
Непривычно ощущая рядом с собой чье-то горячее тело, я испуганно распахнула сонные глаза и уткнулась взглядом в широкую мужскую грудь. Пару секунд мне понадобилось, чтобы избавиться от чувства дезориентации и вспомнить произошедшие накануне события. Ничего себе, мы уснули прямо на узком диване. Даже удивительно, как я еще не умудрилась свалиться на пол. Места для двоих было настолько мало, что Адаму приходилось во сне придерживать меня за талию. Да и я сама подстраховалась от падения, обвивая бедра мужчины ногой.
Приподняв голову, я окинула взглядом тихо посапывающего начальника и вновь уткнулась щекой в теплую мерно покачивающуюся грудь. Никогда еще я не спала с мужчиной вот так. Никто не обнимал меня во сне, не согревал своим теплом. Не было такой трепетной интимности. Не думаю, что Адам чувствовал бы то же самое, находись он в бодром состоянии, но этих эмоций достаточно мне одной.
Что же будет с нами завтра? Вернее, уже сегодня, — мысленно спросила у ничего не знающей себя, кинув взгляд на циферблат часов, висящих на стене напротив.
Да ничего с нами не будет. И что вообще могло быть? Нужно ли мне все это? Я настолько потерялась в своих мыслях, действиях, желаниях, что не могла найти выход из собственного лабиринта запутанных отношений.
