Услышав имя отца, я словно очнулась ото сна, а вернее сказать – кошмара. Из диалога мужчин получалось, что Вирт не просто так говорил о «Фоле» и последующим за ним замужестве. Да, вероятно, он, правда, не понял, что я уже просватана за Генриха Лесного, потому и болтал об отборе невест.
Хм… А папа сумел удивить меня. Но я тоже не промах, удивлять умею.
– Что же обо мне подумают маги? – начала я, обращаясь к Генриху. – Отец покинул меня, в самом расцвете сил и здоровья, подался на чужбину. А тут ещё и я оставлю дом, добрых соседей и отправлюсь за вами. Как же дом без присмотра? Пол в пристройке прогрызут мыши, мебель съедят жуки, порог покосится, а…
– Я наложу заклятие, и дом будет законсервирован, – бросил через плечо Генрих. – Все, включая дождевых червей, будут обползать дом за километр.
Генрих тянул меня за руку, и каблуки моих ботинок скрипели по мраморному полу.
И чего папа решил сделать ремонт в нашем домишке? Позвал Вирта, и тот обустроил всё по высшему классу! Мраморные полы, хрустальные люстры, гобелены и ещё всякая разная, но уже современная дребедень. Красиво получилось, тут не придерёшься, но зачем? А мне теперь расхлёбывать. Вон, как замуж тянут. А я скольжу, и ухватиться не за что.
Конечно, если разобраться, между ремонтом и замужеством связи никакой. Впрочем, зачем делать ремонт, если собрался ровно через год выдавать меня замуж и настроил Вирта на разговоры со мной на эту тему?
Ох, этих магов искусства не поймёшь!
Мне хотелось остановиться, немного прийти в себя, осознать то, что в данный момент происходило. Вообще я как-то иначе представляла себе предложение руки и сердца… Ладно, ладно, я представляла это как-то условно. Некто позовёт замуж, наденет мне на руку кольцо Физора – бога семьи и брака, и с меня падёт Наложение. Но даже в самых необычных размышлениях о замужестве, а были и такие, меня не брали в жёны так стремительно.
Я ухватилась за косяк входной двери, стараясь сопротивляться Громиле. Он дёрнул сильнее, а я едва устояла на ногах.
– Я совсем не против выйти замуж, скорее наоборот, но и вы меня поймите, как же без плотного знакомства? Кто вы? Как же мне без отцовского согласия да сразу за первого встречного?
Генрих перестал меня тянуть. Я едва не упала, когда сопротивляться стало некому, косяк помог – натолкнулась на него плечом. Генрих развернулся и, сотворив руну терпения, возложил на свою голову. Нет, чтобы мне облегчить понимание, так он только о себе и заботится, жених называется!
– Так-то лучше, – облегчённо вздохнул он. – Ты права: без отцовского благословения никак.
Мужчина вытащил из брюк небольшую коробочку с кнопками, на которых красовались цифры от нуля до двадцати, набрал некую комбинацию. Из боковины коробки вырвался голубой луч, и появилась небольшая голографическая проекция. Громила щелкнул пальцами и весело заявил:
– Модель диджака устаревшая, но в вашей глуши только по ней связь более надёжная.
Вирт закатил глаза, услышав разъяснения маара Лесного, а я уставилась на плотную трёхмерную пелену, внутри которой отец радостно улыбался. За его спиной виднелись стены и башни огромного замка. По правую руку темнела кромка соснового леса.
– Здравствуй, доченька. Как ты там?
У папы на губах сияла благостная улыбка. Он походил сейчас на монаха, живущего в древнем храме Сириты, богини огня, и греющегося ежедневно даруемым ею очищающим огнём. Привычная с моего детства морщинка между густыми, красивого ровного изгиба бровями исчезла, миндалевидные зелёные глаза наполнены счастьем.
– Ах, папочка, дела не плохи, справляюсь. Недавно жук-летун все Пиронтии красные, что под окнами цвели, поел и гнездо себе на их месте устроил. Теперь ждем выводок. Мать-и-мачеху тля сожрала, а потом пела мне под окнами на радостях. Песня о жизни среди пустыни в голодный год. Длился напев трое суток. А ещё под полом родник стал бить, фундамент размывает…
– Стоп! Стоп! – покачал головой папа. – Вижу, всё нормально. Я буду краток. Тебя посватал предводитель клана Лесных. Я согласился. Сама понимаешь, они родня королю и нам.
– Скоро увидимся?
– На свадьбе. Ты в город поедешь, со своим мужем, – отрезал отец. – Я снабдил его заклинанием Отцовского согласия и подписал за тебя Брачный контракт. По нему всё твое имущество до свадьбы и приданое, которое мы с Мэр даруем, остаётся твоим, а вся его собственность – вашим общим добром. Брак этот по расчёту. Вынужденная необходимость, поверь. Политическая ситуация заставляет задействовать твой дар. Генрих хороший парень, и для него семья и клан не пустые слова. Пойми, дочка, так будет лучше.
Не ожидала такого поворота. Если папа начал употреблять в своей речи словосочетания типа: «вынужденная необходимость», «ситуация заставляет», «пойми, дочка», то ничего хорошего, задав вопросы, не услышу. Но разъяснения требовались, потому спросила:
– И что за вынужденная необходимость?
Решила задавать вопросы по мере появления их в папином коротком изложении. Есть шанс, что трёх зацепивших мой слух отрывков фраз будет достаточно для понимания моего скорейшего бракосочетания «по расчёту».
