— А у него в плане написано, что он сначала телефон такой Орловой подарит, с другой батарейкой, с серебряно-цинковой уже сейчас аппарат в двести грамм уложится и Любовь Петровна его с собой в сумочке носить сможет. Ей пару раз позвоним, когда вокруг прочие артисты вертеться будут — и артист без такого телефона сразу станет выглядеть неудачником и голодранцем. А в их среде… как там Алексей говорил, понты дороже денег. Ну и насчет того, что деньги у них почти без счета есть, тоже верно замечено.
— Да уж, верно Пантелеймон говорил: Воронов от любого проекта своего выгоду просчитывает еще до того, как о нем задумается. На «Электросигнале» у нас кто сидит?
— Моргунов, а партизан предложил под него на базе завода вообще НИИ создать и штат… да, смету пока только считают, я уже говорил.
— Все, наконец я сообразил, с чего это он все затеял: там же снова машин вычислительных потребуется несчитано. И программ для них… Может, все-таки назначим его заведующим кафедрой?
— Удочки уже закидывали, нет, он не согласится. Ковалева говорила, что он от любой руководящей деятельности как черт от ладана… даже дома всю власть жене отдал. Хорошо еще, что с женой ему повезло.
— Он ее сам же и выбрал, так что повезло им обоим. Но вроде по науке он проектами руководит-то неплохо, так что твоя врачиха, думаю, ошибается.
— Не ошибается, а по всем его проектам он просто специалистам рассказывает, что нужно сделать — и тут же в сторону уходит, чтобы им не мешать. Ну или сам все делает, в одиночку, а если для проекта нужно хотя бы пару человек привлечь, он начальником назначает кого-то другого. Не обязательно штатным начальником, а по факту, но… Разве что ответственность всегда на себя берет, в том числе и за провалы.
— И много у него провалов было?
— Ну… да. Но в начальники он идти отказывается всегда.
— А в Корее? Он же был командиром диверсионной группы!
— И снова нет: он был там учителем. Просто в Корее обычаи совсем другие… мен-та-ли-тет другой. А вот учителем он всегда был очень неплохим. Да и сейчас кому помочь, что-то объяснить — но не более того. И с телефонами, я уверен, если у кого какой затык случится, то он поможет его преодолеть. Лично поможет… поэтому и кафедру Шалимовой нужно в МИФИ оставить: там разработки по его проектам ведутся серьезные, и его помощь внезапно может очень пригодиться. В любом случае в конце года мы что-то полезное получим, а вот насколько полезное…
— Про полезность его задумок ты с Пантелеймоном подискутируй, много новых слов узнаешь. А телефон в кармане… даже если у него не через год, а через пять лет это получится, то еще одну Звезду Соцтруда ему вручить будет не стыдно.
— Стыдно будет не вручить… ладно, я с интригой закончил, а еще хотел вот что обсудить…
Алексей не «придумал» мобильную телефонию, он просто очень хорошо в свое время изучил «техническую историю» страны и прекрасно знал, то Леонид Куприянович первым такую связь придумал и в пятьдесят седьмом первый в мире мобильник уже продемонстрировал широкой публике. Готовый аппарат и готовую базовую станцию, и Алексей Павлович за относительно небольшие деньги узнал практически все про этого выдающегося изобретателя. Где работал, когда и что изобрел — а заодно выяснил и причины того, что «тогда» это изобретение не взлетело. В основном из-за отсутствия требуемой элементной базы, а еще — из-за того, что тогда разговоры по «радиотелефону» было довольно несложно и перехватить. А так как аппараты стоили отнюдь не три копейки и их предполагалось использовать разного рода руководителям предприятий (в том числе и секретных), процесс развития приостановился, и лишь через семь лет разработчики из Воронежа смогли создать тоже первую в мире автоматическую систему мобильной связи «Алтай». Но если к уже существующей системе добавить модули сквозного шифрования…
