– Отличное место, – сказал Ребус. – Представляю, как приятно слушать шум воды.
– Здесь недалеко плотина. – Она махнула рукой куда-то в темноту. – Она заглушает шум самолетов.
Ребус понимающе кивнул: над домом как раз заходил на посадку самолет, приземляющийся в аэропорту Тернхаус. В этот поздний час они добрались до дома Эллен всего за пятнадцать минут, и по пути она рассказала ему о мотивах своего поступка.
– Поэтому я изложила свои мысли на этом сайте… но ведь в этом нет ничего противозаконного, согласен? Меня просто бесит эта идиотская система. Мы из кожи вон лезем, чтобы довести этих скотов до суда, а там адвокаты изворачиваются изо всех сил, чтобы сократить им срок практически до нуля.
– И это все?
Она всем телом повернулась к нему:
– А что еще?
– Кровоточащее сердце предполагает личное страдание.
Пристально глядя в ветровое стекло, она сказала:
– Нет, Джон, просто злость. Ты подумай, сколько времени убито, чтобы расследовать все эти изнасилования, принуждения к сексу, случаи надругательства в семье – может, конечно, нужно быть женщиной, чтобы понять это до конца.
– Поэтому ты откликнулась на просьбу Шивой и позвонила? Я ведь сразу узнал твой голос.
– Да, но с твоей стороны это было не совсем честно.
– Такой уж у меня характер…
И вот они сидели в ее садике, поеживаясь под прохладным ветерком. Ребус застегнул куртку и стал расспрашивать о сайте. Как она его нашла? Знакома ли с Дженсенами? Встречалась ли где-нибудь с ними?
– Я помню это дело.
– Вики Дженсен? Она кивнула.
– Ты принимала участие в расследовании? Она покачала головой:
– Но я рада, что его убили. Покажи, где его зарыли, и я с удовольствием спляшу на его могиле.
– Эдвард Айли и Тревор Гест тоже убиты.
– Послушай, Джон, я всего-навсего высказала свои соображения… мне надо было просто выпустить пар.
– А теперь трое из упомянутых на сайте мужчин убиты. Удар по голове и инъекция лошадиной дозы героина. Ты же имела дела с убийцами, Эллен… тебе о чем-нибудь говорит такой способ убийства?
– У того, кто это сделал, есть доступ к сильным наркотическим средствам.
– И больше ничего?
Она на секунду задумалась.
– Может, подскажешь?
– Убийца не хочет встречаться лицом к лицу с жертвами. Возможно, потому, что они крупнее и сильнее его. Еще он выбирает не очень мучительную смерть – сначала удар, лишающий сознания, затем инъекция. Тебе не кажется, что так могла бы действовать женщина?
– Джон, твой чай не остыл?
– Эллен…
Она с легким стуком опустила обе ладони на столешницу:
– Если их имена оказались на сайте «СкотНадзор», они были отъявленными мерзавцами… так что не жди, что я буду им сочувствовать.
– Ну а как с поисками убийцы?
– А что с его поисками?
– Ты считаешь, преступника не стоит наказывать?
Она снова стала пристально всматриваться в темноту. Ветер прошелестел в листве стоящих рядом деревьев.
– Джон, знаешь, что у нас сегодня было? Была настоящая война – хорошие люди против плохих…
«Скажи это Шивон», – подумал Ребус.
– Но ведь так случается не всегда, верно? – продолжала она. – Иногда линия фронта размыта. – Она перевела взгляд на него. – И
– Ну, я плохой пример для подражания.
– Может, и так, но ты ведь расположен поймать его, верно?
– Его или ее. Вот поэтому-то и добиваюсь твоих объяснений. – Она открыла было рот, чтобы возразить, но он жестом попросил ее помолчать. – Ты единственная из всех, кого я знаю, посещала этот сайт. Дженсены его закрыли, поэтому я точно не знаю, какая там содержалась информация.
– Ты хочешь, чтобы я тебе помогла?
– Если ответишь на несколько вопросов.
Она негромко и хрипло засмеялась:
– Ты знаешь, что сегодня мне предстоит выступать в суде?
Ребус закурил новую сигарету.
– А почему ты решила обосноваться в Крэмонде? – вдруг спросил он.
Ее, казалось, удивила столь неожиданная смена темы.
– Крэмонд деревня, – объяснила она. – Деревня в пределах города сочетает в себе преимущества того и другого. – Она чуть помедлила. – Допрос уже начался? Это отвлекающий маневр?
Ребус покачал головой:
– Просто поинтересовался, кому пришла в голову мысль поселиться здесь.
– Это мой дом, Джон. Дениз перебралась ко мне после того, как… – Она кашлянула, прочищая горло. – Прости, я, кажется, проглотила мошку, – извиняющимся тоном проговорила она. – Я имела в виду, после развода.
Ребус закивал:
– Да, это тихое место, ты права. Здесь легко отключаться от работы.
Свет, вспыхнувший в кухонном окне, осветил ее улыбку.
– А мне кажется, ты бы и здесь не нашел покоя. Уверена, что, если уж тебе в голову западет какая-то мысль, вышибить ее оттуда можно только кувалдой.
– Или еще вот этим, – уточнил Ребус, указывая подбородком на пустые бутылки из-под вина, выстроившиеся под кухонным окном.
