- Ну, замечательно, - разозлился Рикон, тем самым привлекая внимание всех собравшихся. - Только этого нам ещё не хватало!
В отличие от Эллис, он смотрел не только на гостя и его сопровождение. Повелителя больше разозлил тот факт, что за спиной Карлайла, взявшись за руку Эдварда, стояла его бледная сестра, буравя Вольтури красными, как кровь, глазами.
Пифия бегло рассказала своё видение. Подробностей не требовалось. Они давно ждали появления Вольтури. Менялись только декорации. Сейчас же стояло два основных вопроса: что делать с Риной и Розали? Одна была дома, но показывать её нельзя. Другую будут искать, но она, мягко выражаясь, не в себе.
- Когда они придут? - перешёл к делу Карлайл.
- Завтра на закате, - пояснила Эллис. Маг кивнул, подтверждая её слова.
- Надо привести в чувства Алларинку, - заключил Орлов, садясь на диван. Опустив лоб на собственные ладони, он судорожно прокручивал все возможные варианты, как этого можно добиться. Повелитель делал тоже самое, по инерции поглаживая по голове сестру.
- Можно составить схему медикаментозного купирования симптомов, - задумчиво произнёс Каллен-старший.
- Не вариант, - в тон ему пробормотал Ордвист, нащупывая решение.
Они с Демианом синхронно подняли глаза друг на друга, мысленно придя к одному решению. Эдвард.
- Она нас убьёт, - с одного взгляда поняв друг друга, заключил Дмитрий.
- Но потом простит и скажет спасибо, - неуверенно предположил Рикон.
Девушка заёрзала в кресле и недовольно фыркнула. Повелитель осторожно поднял её на руки и, шуганув всех с насиженного места, опустил сестру на диван.
От Аллари:
- Рина, - голос Избранного вывел меня из небытия. - Милая, проснись.
Холодная рука дотронулась до моей сжатой в кулак ладони. Боли не было, но иголочки волной пронеслись по всему телу. Эдвард? Здесь? Сейчас? Зачем?
Я ещё сильнее зажмурилась, повинуясь какой-то детской уверенности, что если я его не вижу, то и он не видит меня такой. Из горла вырвался приглушённый, обиженный рык. Мышцы напряглись.
- Чудо моё, - даже в его голосе я ощущала улыбку. Нежную, немного снисходительную. - Посмотри на меня. Пожалуйста.
Он чуть крепче сжал мою кисть, и пальцы расслабились помимо воли, позволяя взять меня за руку.
- Родная, скажи что-нибудь, - попросил мой любимый.
Не знаю почему, но я сопротивлялась. Губы едва слушались, а рычать или шипеть в его сторону я не хотела.
- Риночка, - интонация Эдварда стала более требовательной. Я неуверенно открыла один глаз, с трудом сфокусировав зрение на сидящем около дивана юноше.
- Никого дома нет, а я сплю, - буркнула я, поспешно выдергивая свою руку и пряча лицо в ладони.
- А я тебе не верю, - насмешливо прошептал мне на ушко Каллен.
- Как это - не веришь? - опешила я, стараясь приглушить рвущийся из глубины лёгких звериный рокот.
- Я же знаю, когда ты спишь, а когда притворяешься, - улыбнулся Избранный, насильно приводя меня в сидячее положение. - Ну же, милая, вставай. Нас ждут великие дела!
- Это, какие ещё дела? - опешила я, убирая руки от лица.
- Хм, поцелуешь меня, тогда скажу, - его насмешливые, золотисто-карие глаза были гораздо ближе, чем следовало. Дыхание любимого приятно холодило лицо, вызывая в памяти не самые целомудренные воспоминания.
- А если укушу? - стараясь успокоить стадо мурашек, толи прорычала, толи прошептала я.
