-Да, – согласилась Мати, она ездила на литературу уже три года подряд, – именно так.
-Кто у нас остался? – Голдва пробежал глазами список, – мисс Ферсон! Что же вы молчите?
-А что я должна сказать? – насторожилась Офелия, Лайсерг тихонько засмеялся.
-Ведь японский язык остался неохваченным! – возвестил Голдва.
-Это очень печально, но причем здесь я?
-Вас и запишем, – пропуская её слова мимо ушей, заявил Голдва.
-Но, профессор!
-Так-так, – перебил Голдва, – Есть еще желающие сходить на алгебру и геометрию? Полагаю, лес рук! – он окинул класс взглядом, все сидели угрюмые и упрямо молчали.
-Мисс Гейз, придется принять оборону на себя.
-Что? Нет! – воскликнула Скарлет, – Я занималась всеми бумагами по переписи!
-И проявили ответственность и аккуратность в доверенном вам деле! – Голдва вдохновенно ткнул в её сторону ручкой, – Теперь можно поручить вам следующее серьезное задание в виде олимпиады по математике.
-Нет же, только не математика, – простонала Скарлет.
-Как говорится, не тот хорош, кто лицом пригож, а тот хорош, кто на дело гож, – значительно вставил Голдва, – рад, что вы со мной согласны, мисс, – не давая вставить ей ни слова, он быстро дописал всё в блокнот. Скарлет так сильно сцепила кулаки, что длинные ногти больно впились в ладони.
-Мистер Диккенс, вам достается английский язык! – радостно возвестил Голдва.
-Прекрасно, – мрачно отозвался Лэйн, – просто прекрасно.
-Подготовьтесь получше, позанимайтесь дополнительно с профессором Бисмарк.
-О, непременно, – пробурчал Лэйн.
-Ну что ж, – Голдва пробежал глазами список, – Мистер Лайт, Тао, Асакура, Макдониэл, Юсуи и Блэк представят нашу школу на ежегодном конкурсе о знании родного города. Надо бы ещё двух девочек вам в команду…
-Профессор!
-Нет, какой еще конкурс…
-Ежегодный?!
-Так, помолчите, пожалуйста, – отмахнулся Голдва, Хао и Лайсерг тихонько посмеивались, – ага, знаю! Две прекрасные умные особы дополнят вашу компанию, мисс Юсуи и мисс Сейнт, прелестные барышни, а главное, интеллектуально развитые, – довольный сам собой, Голдва дописал их фамилии, Анна невольно улыбнулась, представив реакцию Пилики. Мало того, что ей придется участвовать в конкурсе, так её единственной напарницей будет Джин. Даа, это будет феерично. Пожалуй, стоит захватить баллон для пожаротушения.
-Всё не так уж плохо, – утешала Мати по дороге домой подругу.
-Ну да, хуже могла бы быть только сама физика, – скривилась Мари, – но эту привилегию у Лайса не заберет никто и никогда.
-Смотри на вещи позитивнее, – продолжила Мати, – зато перепись закончилась! И тебе не придется участвовать в этом конкурсе на знание Токио и его истории…
-О да, – кивнула Мари, потом зевнула, – Духи, как же я вымоталась за эти четыре дня.
-Что правда то правда, – согласилась Мати, – хорошо, что всё закончилось и нам дали выходной.
-Даже два, – Мари показала «зайчика» пальцами, – если считать субботу.
-Ага. Бедная Скарлет, – Мати улыбнулась, – ей завтра всё утро придется общаться с Голдвой и Хромом.
-Да, не повезло. Почему именно её заставили заниматься документами? Почему не Глорию или Анну?
-Не знаю, – Мати пожала плечами, – наверно решили приучать её к ответственности, как там сегодня Голдва сказал… Еще какую-то умную вещь процитировал.
-Да уж, – протянула Мари, – какая-то жесть, уже почти темно.
-Девятый час, – оповестила Мати, кинув взгляд на телефон, – мы потрудились на славу и заслужили ужин и чай.
-О да, – Мари рассмеялась, – пошли пытать Канну.
-Кстати, что у тебя с Блэком? – усмехнулась Мати.
-Как ни странно, ничего, – отозвалась Мари, – мы не виделись на каникулах, и на этой неделе только по вечерам, когда сдавали бланки. Не созванивались и вообще никак не общались. Видимо, возвращение Скарлет покоробило его решение.
-Не думаю, – Мати медленно покачала головой, – уверена, он даст о себе знать на выходных.
-Да ладно, мне, в общем-то, всё равно, – отмахнулась Мари.
-И тем не менее ты грустишь, – подвела итог Матильда.
-Слушай, давай не будем. Ты знаешь меня лучше всех, и поэтому я не стану притворяться, что мне всё равно – бесполезно. Но мне неприятно поднимать эту тему.
-Ты права, извини.
-Всё окей, – грустно улыбнулась Мари.
-Чай и вафли поднимут тебе настроение! – весело заявила Мати, взбегая по ступенькам крыльца.
-Однозначно да, – рассмеялась Марион, заходя в дом. Вместе они прошли в комнату и застали Канну, сидящую на диване, уставившуюся пустым взглядом в пространство.
-Канна? – Мари и Мати переглянулись.
-Вы пришли, – несколько отстраненно констатировала факт Бисмарк, – Чай?
-Пожалуй, – согласилась Мати, – я сама всё сделаю, только пойдемте на кухню. Мы очень устали.
-Да, понимаю, – Канна понемногу приходила в себя.
-Расскажешь, почему сидела, как изваяние? – спросила Мари, усаживаясь за стол на любимое кожаное кресло без ручек.
-Конечно, – кивнула Канна и села напротив. Мати делала бутерброды.
-Ну и? – снова спросила Мари.
-Меня пригласили, кажется, на свидание, – тихо и нехотя выдавила Канна.
-Ёху! – воскликнула Мари, Мати хлопнула в ладоши.
