– Слишком много тут Хранительниц Мудрости, Перрин Айбара. Куда бы я ни посмотрела, всюду вижу женщин, направляющих Силу. Не слишком долго, мгновение здесь, мгновение там, – Хранительницы Мудрости ведь не направляют ее постоянно, но они повсюду. Слишком много получается Хранительниц Мудрости для десяти септов.
Перрин глубоко вздохнул:
– Сколько их там, по твоему мнению?
– Думаю, там внизу собрались все Хранительницы Мудрости Шайдо, – ответила Марлин так спокойно, словно речь шла о ценах на ячмень. – Все, кто может направлять.
– Сколько их? – повторил он, стараясь, чтобы его голос прозвучал спокойно.
– Не рычи на меня, Перрин Айбара. Я не могу сказать точно, сколько Хранительниц Мудрости из Шайдо осталось в живых. Даже Хранительницы Мудрости умирают от старости, от укуса змеи, от несчастных случаев. Некоторые погибли у Колодцев Дюмай. Мы находили там их тела, и многих они, должно быть, унесли с собой, чтобы похоронить достойно. Даже Шайдо не могут отбросить все обычаи. Если внизу находятся все оставшиеся в живых, вместе с ученицами, которые способны направлять Силу, то их около четырехсот. Может быть, и больше, но максимум пять сотен. У Шайдо было меньше пятисот способных направлять Хранительниц Мудрости и около пятидесяти учениц еще до того, как они пересекли Драконову Стену.
Любой фермер выказал бы больше эмоций, рассуждая о ценах на ячмень.
По-прежнему глядя в сторону лагеря Шайдо, Анноура издала приглушенный звук, почти рыдание:
– Пять сотен? О Свет! Половина Башни только в одном клане? О-о-о, Свет!
– Мы можем прокрасться в лагерь ночью, – пробормотал Даннил с другого края шеренги, – так же как вы прокрались тогда, в Двуречье, в лагерь белоплащников.
Илайас издал невнятный звук, который мог означать что угодно, но звучал не очень обнадеживающе. Сулин презрительно фыркнула:
– Мы не сможем прокрасться в этот лагерь, во всяком случае так, чтобы у нас оставалась какая-то надежда выбраться обратно. Вас же свяжут, как козлов на вертеле, еще раньше, чем вы минуете первые палатки.
Перрин медленно кивнул. Он уже думал о том, чтобы проскользнуть туда под покровом темноты и каким-то образом выкрасть Фэйли. И остальных, разумеется. Она не уйдет без остальных. Однако он никогда всерьез не считал, что это удастся – только не с Айил, – а размеры лагеря потушили последние искры надежды. Среди такого множества людей он мог бродить целыми сутками и все же не найти ее.
Внезапно он осознал, что справился с отчаянием. Гнев оставался на месте, но теперь он был холодным, как сталь на морозе; и Перрин не ощущал и капли той безнадежности, которая прежде угрожала затопить его целиком. В этом лагере было десять тысяч алгай’д’сисвай и пять сотен женщин, способных направлять, – Галленне был в чем-то прав: готовься к худшему, и все встречающиеся неожиданности покажутся приятными, – пять сотен женщин, которые без колебаний воспользуются Силой как оружием. Фэйли спрятана подобно снежинке посреди заснеженного поля; но когда на тебя обрушивается сразу так много, в отчаянии не остается смысла. Надо просто держаться, или тебя завалит с головой. Кроме того, теперь Перрин вдруг увидел всю головоломку целиком. Нат Торфинн сказал как-то, что любую головоломку можно разгадать, если ты понял, куда нажимать и за что тянуть.
К северу и югу лес был вырублен на еще большем расстоянии от города, чем на той возвышенности, где они находились. Разбросанные повсюду фермы, над трубами которых не поднимался ни один дымок, усеивали местность; ограды из жердей размечали поля, лежащие под снегом; попытаться незаметно приблизиться к городу с любой стороны, даже горсточке людей, все равно что идти с факелами и знаменами и трубить в трубы. Перрин вроде бы видел какую-то дорогу, идущую мимо ферм с юга на север. Вряд ли это им может помочь, но никогда нельзя сказать заранее, что пригодится. Джондин мог принести какие-нибудь сведения о городе, хотя что от них толку, если тот лежал посреди лагеря Шайдо. Гаул и Девы, которые обходили лагерь кругом, наверное, смогут сказать, что находится за следующим хребтом. Седловина на нем выглядела так, словно там проходила еще одна дорога, приблизительно в восточном направлении. Как ни странно, примерно в миле к северу от седловины стояла группа ветряных мельниц, их длинные белые лопасти медленно вращались; и еще одна группа мельниц находилась, по-видимому, на вершине следующей возвышенности. Цепочка арок, подобно длинному узкому мосту, тянулась вниз по склону от ближайших мельниц вплоть до городских стен.
– Кто-нибудь знает, что это такое? – спросил Перрин, показывая на арки.
