Конэйл Нортан улыбнулся поверх серебряного кубка. Высокий и худой, в сером кафтане со слишком короткими рукавами, едва закрывающими его костлявые запястья. У него была привлекательная улыбка, веселые карие глаза, и нос, похожий на орлиный клюв. «Мы тянули жребий в каком порядке представляться и я вытянул короткую. Нортан стоит за Траканд. Мы не можем позволить глупой гусыне вроде Аримиллы занять трон». — Он ловко справился с мечом, и этот-то, по крайней мере, уже дожил до своего совершеннолетия, однако, Илэйн съест свои ботинки вместе с серебряными шнурками, если ему перевалило за шестнадцать.
Их юность не была сюрпризом, но она ждала, что рядом с Конэйлом будет седой советник, подсказывающий ему как поступать, и у других должны были быть свои опекуны, выглядывающие из-за их плеч. Но в комнате кроме Бергитте, стоящей рядом с высокой аркой окна, сложив руки на груди, не было больше никого. Яркий поток солнечного света, струящийся сквозь прозрачный витраж, превращал ее силуэт в образец недовольства.
«Траканд приветствует Вас всех, и я тоже», — сказал Илэйн, подавляя свою тревогу. — «Я не забуду вашу поддержку, и Траканд не забудет». — Видимо, какая-то крупица ее страха все же просочилась, потому что Кэйтлин сжала губы и сверкнула глазами.
«Вы должны знать, Илэйн, что я уже взрослая», — сказала она жестким голосом. «И мой дядя, Лорд Арендор, сказал на празднике Огней, что я уже настолько готова жить своим умом, насколько вообще когда-либо смогу, и в этом году должна получить свободу действий. Правда, я думаю, что он хотел оставить себе побольше времени для охоты, пока еще может. Он всегда любил охотиться, и он уже стар». — И еще раз она не заметила хмурого взгляда Дайлин. Арендор Хэйвин и Дайлин были примерно одного возраста.
«У меня тоже нет опекуна», — неуверенно сказал Бранлет, его голос был почти столь же тонок как у Кэйтлин.
Дайлин сочувствующе ему улыбнулась, убрав ему волосы со лба. Но они быстро упали снова вперед. «Мэйв каталась одна, как она часто любила сделать, и ее лошадь оступилась на норке сурка», — объяснила она спокойно. — «Когда ее нашли было слишком поздно. Было бурное… обсуждение… по тому вопросу, кто должен занять ее место».
«Они спорили три месяца», — пробормотал Бранлет, и на мгновение он показался моложе Пэривала, мальчик старающийся в одиночку, без посторонней помощи, найти собственный путь. — «Я не собирался говорить никому, но я скажу Вам. Вы станете Королевой».
Дайлин положила руку на плечо Пэривала, и тот словно вырос, хотя оставался заметно ниже ее. — "Лорд Виллин был бы рядом с Лордом Пэривалом, но годы приковали его к постели.
Годы никого не молодят", — И она выстрелила еще одним взглядом в Кэйтлин, но теперь девушка, закусив губу, изучала Бергитте.
«Виллин сказал, что я должна передать вам его наилучшие пожелания, а того, кого он считает сыном».
«Дядя Виллин наказал мне хранить честь Дома Мантир и Андора», — серьезно сказал Пэривал, насколько ребенок мог быть серьезен. — «Я постараюсь, Илэйн. Я буду сильно стараться».
«Я уверена, у тебя получится», — сказала ему Илэйн, стараясь добавить побольше теплоты в свой голос. Ей хотелось выпроводить их всех вон и задать Дайлин несколько вопросов, но она не могла. Не так сразу. Их возраст не играл роли, они по-прежнему оставались Верховными Правителями самых сильных Домов Андора, и она должна была предложить им отдохнуть, и развлечь их хотя бы короткой беседой до того, как они отправятся переодеться после путешествия.
«Она — действительно Капитан-Генерал Королевской Гвардии?»
Спросила Кэйтлин, когда Бергитте вручила Илэйн синюю чашку из тонкого фарфора с небольшим количеством слегка подкрашенной горячей воды. Девочка говорила так, словно Бергитте здесь не было. Уходя, Бергитте выгнула бровь, но Кэйтлин, кажется, тренировалась в искусстве не замечать то, что она не хотела видеть. Винный кубок в ее пухленькой ручке испускал резкий сладковатый аромат специй. В то время как в несчастном подобии чая в руке Илэйн не было и капли меда.
«Да, а также мой Страж», — сказала она. Очень вежливо. — «Она всегда начеку!» Девочка, вероятно, решила, что это был комплимент. Она заслужила, чтобы ее отшлепали за грубость, но кто же смог бы выпороть Верховного Правителя Дома. Особенно в тот момент, когда вы нуждаетесь в ее поддержке.
