Сейчас у Серхио складывалось впечатление, что он все эти годы бродил в гигантском лабиринте, сворачивал в бесчисленные ответвления, обшаривал каждый закуток, чтобы только отыскать свой, одному ему предназначенный путь наружу в загадочный новый мир, но окончательно запутался и потерял дорогу. Замер возле стены в тупике, беспомощно разводя руками и не зная куда двигаться дальше. А надо было всего лишь подняться вверх… И вот теперь судьба даёт ему шанс с высоты птичьего полёта разом рассмотреть всю картину, увидеть выход и двигаться дальше. "Наконец-то я понял, что тревожило меня в день подъёма к водопаду!" — подумал Серхио, вставая на ноги. Он посмотрел вокруг — далёкие горы тенями склонили головы в почтительном поклоне, а к ним широкой манящей дорогой тянулось обширное горное плато. "Они приняли меня", — улыбнулся испанец и начал долгий спуск вниз. Полностью погружённый в собственные мысли, он не заметил, как у дальнего отрога быстро проехали несколько всадников и скрылись в ущелье…
Харат ожидал испанца возле очага, неторопливо разгребая кочергой горячие угли. Он поднял голову и всмотрелся в скрывавший испанца полумрак.
— Что ты решил, Посланник?
— Я помогу тебе, Магистр, хотя и не понимаю как.
Маг кивнул головой.
— Я научу, когда придёт время. Дождёмся только Карра и Уаддра.
— А почему ты не используешь силу Карра, ведь он же может воспринимать "чужие" вибрации? — поинтересовался Серхио.
— Карр тоже будет с нами — если ничего не случится, он должен вернуться завтра. Он очень необычный Маг, Посланник, и ты вскоре убедишься в этом.
Испанец протянул руки к огню и широко раздвинул пальцы, стараясь поймать как можно больше ласкового тепла.
— Скажи, Магистр, зачем Хрохан вообще появился в вашем мире, что ему нужно?
Харат тяжело вздохнул, посмотрев на Серхио долгим взглядом.
— Я уже говорил, что это моя вина. Я рассказывал личу очень многое — где я побывал, что видел и узнал. Хрохан умеет слушать, он как бы очаровывает собеседника и тот часто, сам того не замечая, выкладывает ему всё — даже то, о чём говорить не собирался. Так случилось и со мной. Я рассказал ему о странном мире, в котором почти не умеют пользоваться магией, но зато необычайно развита техника и создано невиданное по своей разрушительной силе оружие, которому никто не сможет противостоять. Это был твой мир, Посланник, — Харат вновь вздохнул. — Ты бы видел, как заинтересовался лич! Он пытался выяснить подробности, но больше я ничего не рассказал. Теперь-то ясно, что наш мир ему необходим просто как дверь — вначале он попадёт к вам, завладеет оружием, а потом доберётся и до остальных миров… Поэтому его обязательно нужно уничтожить, Посланник, иначе он захватит всё.
Серхио долго молчал — сказанное Харатом пугало. Он не чувствовал себя готовым к роли спасителя мира, и уж тем более не собирался кого-то убивать — нарушить данную самому себе клятву испанец не мог. Он поднял голову и неуверенно произнёс:
— Я обещал тебе восстановить Основной Поток и не отказываюсь от своих слов, но что касается Хрохана…
— Не волнуйся, Посланник, — перебил Магистр. — Появление лича здесь и его планы — моя вина и мне за неё расплачиваться. С Хроханом я справлюсь сам.
Испанец как-то неуверенно кивнул.
— Остаётся только одно — нужно как-то доставить сюда Сергея, а мне в Город возвращаться нежелательно.
— Эти займётся Уаддр когда вернётся. Он справится, не сомневайся — у него большой опыт в таких делах.