Потом появляется лицо женщины, она кричит в слезах: «Вон из моего дома! Я проклинаю тебя, Джакомо! Ты погубил собственную сестру! В тебя вселился дьявол! У меня нет больше сына, я отказываюсь от тебя!»
Потом еще лица, они тоже кричат, и их голоса сливаются…
«Будь ты проклят!»
«Уходи из нашего города!»
«Ты достоин смерти!..»
Убить… Проклясть… Уничтожить…
Мое сердце продолжает разрываться от боли, страха, непонимания…
Вдруг голоса стихают. Я вижу старца… В длинных одеждах, с густой седой бородой. Его лицо мне кажется смутно знакомым, только не могу понять, откуда… Старец ничего не говорит, он только сочувственно смотрит и качает головой…
… И снова мелькают женские лица. Они разные: юные и увядающие, миловидные и невзрачные, — однако у всех одинаково болезненный обезумевший взгляд… Мне становится страшно, хочется немедленно прекратить этот мучительный поцелуй, но я, наоборот, еще сильней и глубже начинаю целовать Рида… И с облегчением пониманию, что боль начинает притупляться, а страх сменятся глухим тоскливым безразличием…
… Я вижу солдат. Оружие. Пушки. Слышу стрельбу. Взрывы бомб. Стоны раненых. Война… Первая мировая… Вторая мировая… Ощущение потери… Безысходности… Бесконечности…
…Дальше проносятся просто картинки, будто фотографии или зарисовки: города со спешащими по своим делам людьми, скоростные шоссе, маленькие деревушки, поля, реки, леса, и снова города, люди… Эмоций нет. Только чувство обреченного одиночества.
И вдруг я увидела себя. Только выглядела я несколько неестественно, мой образ был каким-то смазанным, размытым… Как бы это сказать… Будто на картине, нарисованной акварелью (наверное, поняла я, так выглядит все через Другой взгляд)…Но тем не менее я сразу себя узнала. И свой желтый домашний костюмчик тоже. Оказывается, он и в правду смотрится на мне как-то легкомысленно…
… А вот снова я. Ползаю на коленках по подвалу, собирая разлетевшиеся шпильки… Злая. Растрепанная. В вечернем платье. Босиком. Еще и колготки, кажется, порваны… Кошмар какой!..
…Затем все вновь делается четким и обычным. Передо мной встают горы, озеро, луг… Я узнаю это место. Потому что бываю там почти каждую ночь. В своих снах. И здесь я снова вижу себя… Мне вдруг становится так легко и хорошо, будто за спиной вырастают крылья…
И вдруг все исчезло — образы, звуки, эмоции… Остались лишь я, Рид и наши поцелуи, простые и вполне земные…
Вот только руки ужасно затекли. Я чуть пошевелила ими, пытаясь размять, и тут же почувствовала, как Рид, не переставая меня целовать, начал спешно их развязывать… Высвободившись от своих уз, я тут же прильнула к нему, крепко обняв…
Мое полотенце вновь поползло вниз, через минуту оказавшись лежащим на полу… Только теперь мне до него не было никакого дела…
Рид подхватил меня на руки и понес к кровати. Там он принялся исследовать мое тело, сперва медленно и осторожно, а после — все с большей страстью и желанием. Его пальцы и губы скользили по моей разгоряченной коже, заставляя вздрагивать от наслаждения и замирать в ожидании следующих прикосновений. Желание, разгоравшееся во мне с каждой секундой, совсем не было похоже на вожделение, которое так настойчиво вызывал во мне Мартин. Тогда это была настоящей похоть, которая увлекала за собой в темную бездну. Сейчас же я возносилась к облакам…
Если бы мне еще месяц назад сказали, что со мной произойдет такое, я бы ни за что в это не поверила. Что я когда-нибудь буду заниматься Любовью с Ридом. Оказывается, я никогда этим не занималась раньше, как бы нелепо это не звучало… Но все те действия, которые производила я под одеялом с каким-нибудь мужчиной (не подумайте, что их было так уж много, скорее, совсем немного; хорошо, если честно, их было три), даже и близко не были похожи на то, что сейчас происходило со мной…и с Ридом. Извините за некоторое косноязычие, но я просто не мастер красочно описывать подобные интимные вещи. Да и не считаю нужным. Единственное, что я могу сказать: в момент, когда наши тела слились воедино, я испытала ни с чем несравнимое блаженство и счастье, заполнившее меня всю — от кончиков волос до кончиков пальцев …
— Можно я наконец сниму свою повязку? — шепотом спросила я между нашими нескончаемыми поцелуями.
— Да… Прости…, - Рид поспешно сдернул с меня мой шарфик, а я потянулась к его повязке, чтобы снять ее в ответ, но Рид не дал мне этого сделать, задержав мою руку. — Не надо…
— Но почему? — опешила я.
— Я боюсь, что с тобой станет то же, что и с другими…, - выдохнул он после некоторой паузы.
— Но ты же можешь это контролировать, разве нет?
— В случае с тобой у меня может не получиться…
— Знаешь, а по-моему, со мной это уже случилось, — усмехнулась я. — Во всяком случае, что может быть хуже?.. Я с тобой в одной постели и, похоже, сошла с ума… И, наверное, скоро умру… если… Если не увижу твоих глаз, — я не дала Риду опомниться и быстро стянула с него повязку, отбросив ее далеко в сторону.
— Ну зачем ты?.. — он тут же закрыл лицо руками, совсем как ребенок, пытаясь отвернуться от меня. — Ты не понимаешь, как это серьезно…
