Так что — "горы есть". Как я запомнил из рассказов геологов, которых много наслушался за прошедшие два года, возникли они в результате длительных геологических процессов. Океаническая кора преобразовывалась в кору континентального типа. Причем на западе Восточно-Европейской платформы кора содержала повышенное количество железа, отчего тут так много болотных руд, которыми издревле активно пользовались восточные славяне, а также титан, ванадий, скандий, и гораздо меньше — никеля, хрома. Породы вырывались наружу, застывали под океанической водой, снова прорывались, базальты превращались в гранит в результате процесса гранитизации, когда под влиянием восходящих по трещинам из мантии газовых и жидких растворов привносились щелочи и кремнезем, которые при высоких температурах и давлениях вымывали железо, кальций, магний, которые откладывались в виде окислов и карбонатов. Трещины постепенно забивались, но из-за подвижек возникали новые — напряжения в коре доходили до предела и рассекали глубинными разломами древние структуры, по которым наверх устремлялись новые потоки магмы, уже с другим составом, что был при образовании коры — когда я мельком заметил "Ну да, плиты-то движутся" — геологи посмотрели на меня то ли как как на Мессию, то ли как на сумасшедшего — оказывается, в то время этой теории о движении континентов и плит еще не существовало, точнее — она уже была высказана, но "светила науки" ее не приняли. Поэтому мой безапелляционный тон вверг геологов в большие сомнения, и хорошо если о действительном положении вещей, а не о моем психическом здоровье. Но скорее всего — все-таки о первом, так как мое здоровье моей психики было уже неоднократно подтверждено, особенно когда я, услышав о магнитных аномалиях к западу от Минска, сразу сказал "Там есть железо" — просто вспомнил про Курскую Магнитную аномалию.
В общем, недра Белоруссии имели бурную молодость и неплохо "погуляли", да и потом были довольно беспокойны. И эта бурная борьба стихий отразилась в строении и составе недр — разломы пересекали их вдоль и поперек, тянулись на сотни километров скрытыми под поверхностью, да еще и рассеченными поперек шрамами шириной до десятков километров, и по ним из глубин поступали новые вещества в виде магмы, газов и термальных вод, постоянно подновляя отложенное ранее и привнося что-то новое. У нас происходила такая же борьба народных стихий.
К концу раннего протерозоя кора в общем была сформирована. Но и потом раскололся щит и образовался Припятский прогиб, который заполнился осадочными породами, а из-за повышенной вертикальной проницаемости в него интенсивно поступали потоки веществ из глубин, а сверху это засыпалось осадочными породами — таким образом там и образовались залежи солей, нефти и сланцев. Плиты продолжало корежить — какие-то участки приподнимались, какие-то — опускались — соответственно, менялся поток веществ — либо горизонтальный снос или наоборот нанос на какую-то территорию, либо подъем из глубин по образовавшимся трещинам и разломам. И все это сопровождалось сменами периодов оскадконакопления — геологи насчитали их уже восемь или десять штук — еще шли споры и доисследования, и мы уточняли и проверяли все теории глубинным бурением, и на основе предположений о характере изменений земных недр строили предположения о том, где что может залегать.
Железо мы нашли как раз в местах магнитных аномалий километрах в семидесяти к западу от Минска. Новоселковское месторождение располагалось в двух километрах на юго-запад от деревни Новоселки Кореличского района Гродненской области. Но месторождение сложное. Магнитосъемкой и уточняющим бурением на глубине сто пятьдесят-сто семьдесят метров мы определили шесть рудных тел мощностью от семи до девяноста метров и общей протяженностью более километра. И это было не сплошное тело, потому что после образования руды в недрах продолжались подвижки, поэтому эти тела лежали со смещениями друг относительно друга от двадцати пяти до ста пятидесяти метров по горизонтали или вертикали — землю тут поколбасило изрядно. Да и сами руды не лежали сплошным однородным массивом, они были перемешаны с магматическими породами темно-зеленого, почти черного цвета, с содержанием самих рудных минералов от пятнадцати до семидесяти процентов. Так еще и сами руды представляли собой смесь руд. Основные — это магнетит или гематит — собственно железная руда, и ильменит — железо-титановая руда. А в основных еще вкраплены пирит, то есть сульфат железа, халькопирит, более известный как медный колчедан, да еще присутствует пентаоксид ванадия и кобальт.
