Именно его приказ остановил огромный президентский кортеж на самом выезде из аэропорта и загнать его обратно, наорав на беспомощного, растерянного Марлоу, губернатор Перро сам прыгнул в бронированный «линкольн» с парой бодигардов и рванул в аэропорт,навстречу выезжающему кортежу.
Там, прямо на выезде и состоялся «острый обмен мнениями» между президентом и губернатором в результате которой красный от ярости и унижения Траут, заперся в машине и приказал везти его обратно в аэропорт.
Петти офицер, Джейсон Андервуд, напрасно ждал свою жертву,изучая ВВП перед отдельно стоящим терминалом в свой прицел. Господин Траут не пробыл в его десятикратном прицеле –ни секунды, его все время загораживали лакированные туши «сабурбанов». Потом огромный «Боинг» взмыл в воздух и Андервуд в раздражении сплюнул
— Нужно было брать зенитку, ' Бофорс'… Проблем бы не было… Разнесли бы весь кортеж… Прошептал он разминая затекшую спину и руки. Трое суток проведенных на одной просоленной воде в раскалённом и душном складе –не лучший вариант провести время, в тысячах миль от родного Суссекса.
Тщательно разработанная операция «Баллиста», провалилась полностью несмотря на то, что остатки боевиков картеля выбивали из Далласа и Форт-Уэрта еще двое суток. Но мистер Олифант,не был бы самим собой,если бы не имел под рукой,второй вариант «Баллисты»
Село Ободовка. Уманская дуга. Операция «Фестунг». День третий.13 июня 2007 г.
— Да что ж это…! Взвыл капитан Загряжский, когда очередной «чемодан» (1) выпущенный с закрытых германских огневых позиций, встряхнул блиндаж, едва не вывернув душу наизнанку…
— Пристрелялись, твари. Спокойно заметил Филиппов, сплевывая скопившуюся во рту пыль и песок…Надо диспозицию менять. Отходим на запасной…а то следующим «чемоданом», нас похоронят.
В командном пункте первого батальона четвертого Сумского стрелецкого полка, оставалось всего четыре человека, сам комбат, майор Филиппов, адъютант батальона, капитан Загряжский, радист, унтер-офицер Яблоков и вестовой, ефрейтор Чибисов. Остальных штабных, как и батальонный медпункт, еще пару часов назад, отправили на запасной КП, на улицу Сиреневою, уже на выезде из Ободовки, у перекрестка.
Третий день, «Большого» германского наступления –выдался тяжелым с самого утра. Помимо настырной и точной, германской корпусной и дивизионный артиллерии, которую наводили, несмотря на плотный зенитный огонь, крутящиеся в небе фанерные корректировщики «Мул», были неожиданно активны люфтваффе. Несмотря на работу множества ЗРК на колесном шасси «татр», германские штурмовики «мессершмидт G-91»,обвешанные бомбами и ракетами, словно летающие новогодние ёлки, постоянно вываливались из облаков над позициями 2 Украинской стрелецкой дивизии и опустошали свои бомболюки.
Но и люфтваффе, конечно, здорово доставалось, то там, то здесь небо расчерчивалась дымами сбитых самолетов и появлялись купала парашютов спасающихся пилотов. По висящим на стропах немецким лётчикам, пехотинцы, естественно, стреляли с особым удовольствием и остервенением.
— Уходим на позиции роты Дьякова… Сказал Филиппов выбираясь в обрушенный подбитым «леопардом», ход сообщения и перешагивая через скрюченный и почерневший труп немецкого танкиста. Траншеи и ходы сообщения, блиндажи, доты и бронеколпаки, составлявшие узел сопротивления первого батальона, были обрушены или превращены круглосуточным обстрелом и бомбежкой в деревянно-земляное месиво с вкраплениями человеческого мяса, обильно напичканное сталью. Батальон, за двое суток немецкого натиска, потерял почти половину людей и треть техники, но отошел на запасные позиции, расположенные в самом селе и продолжал отбиваться- там. Полк, удерживал позиции крепко, как и вся дивизия, несмотря на понесенные потери. Тевтоны, надо отдать должное, не лезли, тупо на рожон, маневрировали и постоянно прощупывали оборону русских, но прорвать её с ходу, несмотря на все усилия и существенные потери –не могли. Выстроенная за три месяца полевая оборона, насыщенная минами, инженерными заграждениями, бронебойными средствами, не давала им возможности, быстрого прорыва обороны и выхода к Южному Бугу, с дальнейшим «срезанием» основания Уманской дуги. К тому же, дивизии первой линии, были впервые изобильно оснащены бронетехникой, как тяжелыми гусеничными бронетранспортерами «драгун»,так и танками СТ-75 последней модификации так и самоходками СО-122/65 получивших у солдат прозвище «Тур» в честь огромного рогатого быка…
