Достаточно иносказаний. Макса подстрелили, они с Джиной шумно поссорились, а Джулз определенно был мертв.
«Беда» Кэссиди закончилась. Помощь еще могла подоспеть, но не от него.
Нет, если они хотят спастись, нужно ждать, как бы долго это ни было, пока кого-нибудь в офисе ЦРУ в Джакарте осенит, что Макс и Джулз пропали на краю земли.
А это, вероятно, потребует времени. У правительства США было чем заняться на этой неделе.
И вполне вероятно, что вообще никто не придет на помощь.
Выдержать осаду можно только с безграничным количеством еды и воды. В конечном итоге их запасы кончатся.
А когда это произойдет, они перейдут к плану Г. Г – гибель. Как он и полагал.
Ладно, сейчас он смотрел на все под прямым углом, но картинка получилась довольно мрачная. Оказывается, невозможно одновременно быть честным и мыслить позитивно.
– Он не мог работать в лагерной больнице, – вступилась за Джоунса Молли. – Он не хотел, чтобы кто-нибудь знал о его медицинском опыте, не мог рисковать, чтобы кто- нибудь связал Лесли Полларда с Дейвом Джоунсом или Грейди Морантом.
Джина повернулась к нему.
– Так ты настоящий доктор или?.. – Она состроила гримаску, полунедоуменную и чисто нью-йоркскую. Перепугана до смерти и пытается это скрыть за стервозностью.
Нью-йоркцев с младенчества учат не выказывать страха.
– Я был санитаром в армии. – Среди прочего. – Обучался лечить раны, полученные в сражении. Огнестрел – это по моей части.
– Но разве санитары не помогают пациентам продержаться до настоящего госпиталя? – прорвалось наружу беспокойство Джины.
– Он два года проработал в госпитале у Чая. – Молли обняла младшую подругу. – Что можно считать эквивалентом пункта первой помощи в городе вроде Нью-Йорка или Чикаго. Спас много жизней. – Она убедилась, что привлекла внимание и Макса. – Прежде чем скажете «Ага, наркоторговцев, убийц и воров», подумайте о том, что его пациенты были обычными людьми, работающими на Чая, потому что в том месте это был единственный постоянный работодатель. Или потому что они знали: если откажут ему – закончат в какой-нибудь братской могиле. До того как Грейди начал лечить, если эти людей получали раны в столкновениях с другими бандами, их просто оставляли умирать.
Стерилизуя самый острый нож, Джоунс глянул на Макса.
– Господь на небесах, – произнес тот, – как же часто люди дают нам повод для смущения.
– Смейся надо мной сколько угодно, я просто говорю. – Лицо Молли приняло оскорбленное до глубины души выражение, которое могло одурачить Макса, но Джоунс знал – это маскировка неумолимого крестоносца. Молли изо всех сил старалась склонить Макса на сторону Дейва, если у них получится выбраться отсюда живыми. И она не закончила. – Да, Грейди Морант несколько лет работал на Чая – после того как Штаты бросили его умирать в камере пыток. Ах, он такое зло, только чем же он занимался эти два года? О, спасал жизни?..
– Я практиковал без лицензии, – заметил Джоунс. – Ты просто даешь Максу еще одно основание засудить меня, когда мы вернемся домой.
«Когда», не «если». Он использовал это слово нарочно, даже не будучи уверенным, что они вернутся в США. Молли бросила на него благодарный взгляд.
Джоунс одарил ее своим фирменным взглядом «О да, детка! Позже ты сможешь отблагодарить меня наедине», и она улыбнулась, как он и надеялся.
Макс тем временем откупорил бутылку рома. Сто пятьдесят один градус – йи-и-ха-а.
– Давайте сделаем это, – произнес он и повернулся к Джине.
– Я не уйду, – заявила Джина, предупреждая слова Макса. – На случай, если ты надумал подтолкнуть меня.
Очевидно, она ссылалась на предыдущий разговор, и, конечно же, Багат, вздохнув, закрыл глаза:
– Мне жаль, что я вышел из себя.
– А мне нет, – отозвалась она. – Мне жаль, что я тебя покинула... – Она рассмеялась с досадой и покачала головой. – Я ошибалась. Я должна была остаться и не позволить тебе прогнать меня только потому, что ты испугался.
– Черт, Джина, – встрял Джоунс, – ты мастерски выбираешь время.
– Что, – огрызнулась она, – мне нужно подождать, чтобы сказать это? До каких пор?
Пока мы не останемся наедине? О, если не считать взвода солдат снаружи, у которых есть высокотехнологичные подслушивающие устройства.
– А может, и нет, – произнес Дейв. – В этой части света не так уж много высокотехнологичных...
Джину это не заботило.
– Ведь так ты сделал? – спросила она Макса. – Отослал меня прочь?
– Можешь ты хотя бы позволить моему пациенту добраться до стола, прежде чем допрашивать его?
– Пожалуйста. – Джина отступила и развела руками. – Не хотела мешать процессу.
Макс предпринял последнюю попытку:
– Я бы предпочел, чтобы ты вышла в ко...
– Нет.
Макс взглянул на Молли.
– Я поймаю ее, если у нее закружится голова, – заверила та.
Он лишь покачал головой, бесспорно осознав, что если и было самое время сдаться, то оно настало сейчас. По крайней мере, он сделал это здесь, в кустарной операционной, а сделка с собирающейся на улице армией была бы совсем другой историей.
Макс залез на стол и улегся лицом вниз, положив голову на согнутые руки.
Джоунс откинул край халата и...
– О мой бог, – выдохнула Джина.
