Даже искаженным парень узнал голос своего наставника. Он решительно шагнул внутрь и замер в ужасе.
Помещение было залито кровью. Словно она проникала через пол амбара и стекала сюда, хотя это было невозможным – слишком толстым был отгораживающий подвал от верха слой земли. На противоположной стене висел с заведенными за голову руками Мардук.
Все его тело было окровавлено, больше напоминая одну большую рану. Старика явно пытали. Чем ближе подходил Хэй к наставнику, тем более ужасающие детали открывались его взору.
На ногах старика частично отсутствовала кожа. Ее снимали долго, неторопливо, доставляя Мардуку невероятные страдания. Грудь его и живот были растерзаны и сизые внутренности вывалились на пол. Глаза у старого наставника отсутствовали.
Но он был все еще жив. И звал Хэя.
– Я здесь, Мардук, – срывающимся голосом произнес Хэй, с трудом удерживая вдруг возникший в груди и устремившийся к горлу ком. В глазах его защипало, и картинка начала расплываться. Хэю стоило большого труда сдержать рыдания.
– Ты вернулся, мальчик мой, – синие губы раздвинулись в улыбке, которая на изуродованном лице смотрелась пугающе. – Хорошо…
Мардук закашлялся. Из его рта на пол упали темные сгустки крови.
– Я так рад, что ты вернулся, – снова прохрипел Мардук. – Рад, что ты жив.