При первом же неверном па, Джон наступил Пенелопе на ногу. Она скорчила ужасную мину и тихо прошипела нелестные слова в его адрес, Джон извинился за свою неуклюжесть, вскоре Пенелопа, только молча, посмеивалась. Пару раз шутливо указала на ошибки, и поэтому сама не успевала следить за дамами. Потом он нечаянно столкнулся с танцующим рядом соседом, и впрямь понял, каков плохой danseur[3]. Танцуя котильон, мисс Эсмондхэйл множество раз ошибалась, исполнила две неправильные фигуры и сбила остальных танцующих. Многие поворачивались, переглядывались и сдержанно улыбались, некоторые злились, другие перешептывались. К концу второго танца оба партнера уже горячо желали прекратить этот цирк и раствориться в толпе. Когда последние звуки стихли и все начали аплодировать музыкантам, Джон нерешительно подал руку и, раскрасневшись, посмотрел на Пенелопу.
— Ох, и насмешили же мы толпу гостей! — заявила девушка. — В этом зале не найдется двух таких людей, которые бы так плохо отплясывали, как мы с вами.
Джон потупил взгляд и без слов, молча, подвел ее к матери. С ним одновременно подошел и Ричард, торжественно придерживая Джулию за руку.
И не успела Пенелопа высказать матери свое неодобрение насчет ее совета, как тут же ощутила чей-то взгляд. Она повернулась и оказалась на опасно близком расстоянии с Ричардом.
— Разрешите, мисс Эсмондхэйл, пригласить вас на следующий танец?
Джулия оказалась рядом, она удивленно посмотрела на Гембрила и необдуманно произнесла:
— Мистер Гембрил, она танцует ужасно!
В ответ он лишь холодно поклонился ей и снова настойчиво повторил ангажемент.
«Ну вот, стоило лишь один раз принять приглашение…» — подумала Пенелопа, но потом ее просветило осознание затаенной опасности: — «Зачем ему нужно со мной танцевать?»
— М-м-м-мистер Гембрил, моя сестра не ошибалась.
— Я буду вам весьма благодарен, если вы примете мое приглашение.
«Он не отступится….»
— Ну что ж, если вы хотите скинуть себя с пьедестала лучших танцоров, станцевав со мной, то я могу лишь посочувствовать вашей незавидной участи.
Странный огонек блеснул в его красивых голубых глазах, это сразу же не понравилось Пенелопе: «Он решил уронить меня в чьих-то глазах, но его уже опередили».
Да и Джулия казалась явно непосвященной в его планы, настолько пораженной казалась она.
Это был очень красивый вальс, и Пенелопе стало не по себе исполнять такой сложный танец.
— Мисс Эсмондхэйл, вы чем-то озадачены? — внимательно разглядывая ее, поинтересовался Гембрил.
— Не могу решить одну задачку. Вы не поможете мне в этом? — она бросила свой пытливый взгляд.
— Я весь в вашем распоряжении.
— Зачем вы пригласили меня? Я самая худшая партнерша по танцу и вам должно быть стыдно стоять в паре со мной?
— Нет, я танцую со всеми молодыми дамами и не мог пропустить удовольствие вальсировать с вами.
— Как же я удостоилась такой чести, мы ведь с вами едва знакомы?
— Почему же, ваша сестра рассказала мне про вас.
«Интересно, что там Джулия могла рассказать обо мне такого, чтобы заинтересовать этого человека? Наверное, жаловалась ему или насмехалась, хм, странно, после ее слов, он должен был вообще сторониться меня?»
— Мы с сестрой не похожи совершенно, так что не пытайтесь увидеть сходства между нами.
— Да, вы совсем разные, ну и что?
— А еще мы с ней не такие уж близкие люди.
— Она поведала мне об этом, и что, мисс Эсмондхэйл?
«Странно, знает все обо мне и еще хочет со мной танцевать?»
Если бы хотел ей изрядно насолить, но, похоже, он так старательно снискал ее расположение. Тут Пенелопа не удержалась и произнесла:
— Вы очень странный человек? Если вы хотите продолжить более близкое знакомство с моей сестрой, то должны сторониться меня.
— И с вами тоже….
Пенелопа слегка побледнела: «Зачем?» — пронеслось в голове.
— Здешние жители очень гостеприимны, мне чрезвычайно приятно находиться в таком обществе, — он всех расхваливал, но уж Пенелопу не подкупишь лестью.
— Я польщена, только вот, это заслуга миссис Тренд и ее милых дочерей.
— Миссис Эсмондхэйл не менее щедра, она так понравилась моей матушке, что, похоже, они станут хорошими подругами, и мы будем видеться очень часто.
— Моя мать — светская женщина, у нее всегда полно хороших знакомых.
— Знакомых — не друзей.
— Друзья — это слово относительное.
— Да, вы правы. Друзья познаются в беде.
— Как ваш друг — мистер Мартин.
Ричард немного растерялся, улыбка все еще сияла на его губах, но уже не так самодовольно:
— Да, он настоящий друг.
— Да-да, я слышала, ваша матушка пересказывала моей матери историю вашего близкого знакомства.
— Интересно, и что она сказала?
— Хм, он два раза спасал вам жизнь. И что теперь он ей как приемный сын.
— А мне — как сводный брат, — рассмеялся Ричард. — О, да!
— И что в этом такого? — удивилась девушка.
— Ничего, просто мы так похожи на братьев, как вы на сестру.
— Значит вам тягостно такое участие?
— Нет, я даже рад.
