Рассказывая эту историю, Пол совсем не был уверен, что она будет верно воспринята. А вдруг это прозвучит, как болтовня в мужской раздевалке? Неисправимый мачо, похваляющийся своими победами. Но Софи вроде бы поняла все правильно – даже скорчила гримаску и пробормотала «Бэ». Впрочем, она несколько все подпортила, добавив что-то типа, что мама у мистера Тэннера, наверное, и впрямь странная и, как он сам только что сказал, отчаявшаяся, но даже это его не расстроило.
– Значит, все эти постоянно меняющиеся секретарши – просто-напросто гоблины в чужом обличье, – пробормотала Софи. – Да, на этой фирме у всех мозги набекрень. Ты только посмотри, что на этих девицах надето! Мне сразу следовало догадаться, что с ними что-то не так. Вот и говори после этого про очевидные вещи. Еще тебе повезло, что ты сумел от нее сбежать.
Полу хотелось возразить, что везение тут ни при чем, но он смолчал и поспешил сменить тему. Ей не приходило в голову попросить у кого-нибудь помощи или совета? У родителей, например. Разве им не интересно, как у нее дела на работе?
– Не особенно, – со вздохом ответила она. – Они почему-то решили, что у меня по-настоящему отличная работа в по-настоящему важной компании и что через год-другой меня сделают младшим партнером – ведь я такая умная и талантливая, и все будет хорошо. Если бы я пыталась рассказать им, что происходит на самом деле, они бы просто зажали уши и не стали слушать. Понимаешь, такое положение дел им как раз и нравится. Они вбивают себе в голову, как должны обстоять дела, а если в жизни все оборачивается по-другому, попросту это игнорируют. Они скорее всего думают, что рано или поздно Шаз бросит свою керамическую ерунду и найдет настоящую работу в строительной компании, а тогда мы сможем пожениться, купить дом, завести детей и все такое. Правду сказать, это довольно грустно, но когда речь заходит обо мне, они отказываются понимать самые простые вещи. Пол пожал плечами:
– Они тебя хотя бы любят, а вот мои меня – как будто нет, иначе не свалили бы во Флориду.
Софи нахмурилась.
– Когда ты в последний раз получал весточку?
– Открытку – на прошлой неделе, – ответил Пол, – с Большого Каньона. Они, кажется, купили такой большущий дом на колесах и отправились на полгода в путешествие по Америке. Обещали позвонить, когда вернутся, и рассказать, как чудесно провели время. – Замолчав, Пол тоже нахмурился. – Знаешь, а ведь я только сейчас сообразил, что мы словно созданы для "Дж. В. У. ". Видишь ли, даже если бы мы попытались рассказать кому-то про фирму – ну, о том, чем они на самом деле занимаются, – нам все равно не с кем поговорить. Твои не станут слушать, а моих и в Англии-то нет. Интересно, не знали ли на фирме это с самого начала?
– Вполне возможно, – согласилась Софи.
– Хотя конечно, – продолжал Пол, – когда ты вышла на работу, у тебя был парень. Тот, который вдруг заинтересовался Гилбертом и Салливаном. – Он поднял на нее взгляд. – Как, по-твоему, это тоже их рук дело?
Она кивнула:
– Мне это приходило в голову. Впрочем, никакой угрозы он собой не представлял. Я ведь никогда бы не попыталась ему рассказать. Он не стал бы меня слушать. Если вдуматься, он вообще меня не особенно слушал. Я даже не уверена, что ему нравилась. – Она пожала плечами. – И Шазу я, кажется, тоже не слишком нравлюсь.
– О, – протянул Пол. – Ну а он тебе нравится? После некоторого раздумья Софи ответила:
– Нет, не особенно. У него малоприятные манеры, и от него не всегда хорошо пахнет. Но он очень творческая личность, и его образ жизни очень... очень крутой: живет в автобусе, работает руками, но артистично, и очень предан своему призванию, конечно. Мне тоже следовало бы делать что-то подобное, стать скульптором или кузнецом. А я вместо этого...
– Вместо этого, – сказал Пол, – ты ведьма. Практикантка, – поспешно добавил он.
Она начала было хмуриться, но потом улыбнулась.
– Да, но я езжу на городском транспорте, ношу костюмы и туфли-лодочки, и родители меня одобряют.
– Значит, если бы ты носила черную островерхую шляпу и на работу добиралась верхом на метле, все было бы в порядке?
– Чуть лучше, – снизошла Софи. – Но...
– Знаю, – кивнул Пол. – А кроме того, шайка в "Дж. В. У. " не чародеи и ведьмы, а деловые люди, которые – так уж получилось – заняли эту нишу. – Он усмехнулся. – Если бы ты была, как они, и если бы у тебя была метла, чтобы на ней летать, на заднем конце у нее был бы стикер: «Моя вторая щетка – от „Аддидас“».
Она рассмеялась – скорее из солидарности, чем потому, что он ее рассмешил.
– Знаешь, если работа у них чему-то меня и научила, то только одному: важно не то, что ты делаешь, а каким ты при этом остаешься человеком. Ну, то есть у всех нас бывают нелепые или дурацкие идеи и о нас самих, и о других людях. А потом вдруг эти другие люди оказываются колдунами и гоблинами, и мы... – Софи пожала плечами. – Будь я по-настоящему храброй, то прокралась бы в их конференц-зал и хорошенько посмотрела на свое отражение в том столе. Кто знает, может, я бы кое-что про себя уяснила.
Пол покачал головой:
