Если бы кто-нибудь до сего дня спросил Пола про ужас, он сказал бы, мол, и так прекрасно знает, что значит быть испуганным: он и без вас знает, что значит бояться собственной тени, мог бы даже написать на эту тему диплом: страх высоты, страх перед пауками, полетами, страх быть избитым, быть на чем-нибудь пойманным, страх опоздать, быть осмеянным, страх перед уховертками, громким шумом, страх почти перед всем на свете, что подвернется вам на язык, за исключением Мэри Поппинс и овсянки на завтрак. Но сидя на стойке секретаря и глядя на мистера Тэннера, он осознал, что о страхе знает ровно столько, сколько шмель о полетах на Андромеду. Быстрый косой взгляд сказал ему, что мысли Софи бегут приблизительно в том же направлении. В любых других обстоятельствах открытие, что их что-то связывает, бесконечно его бы обрадовало. Но в данном случае это как будто утратило всякое значение.
– И вообще, – продолжал мистер Тэннер, – вы, возможно, думаете, что хотите свалить, но ошибаетесь. Как только вы оправитесь от этого глупого потрясения – вам ведь годами вдалбливали, что магии не существует, – то поймете, как вам повезло: вам представился шанс самой фантастической карьеры, о какой только можно мечтать. Подумайте об этом, ладно? Вы станете чародеями, научитесь творить волшебство. Да ведь от Сайгона до Гренландии найдется сто миллионов детишек, которые свои «плей-стейшн» бы отдали ради такого шанса. Поэтому, – дружелюбно улыбаясь, сказал главный гоблин, – поменьше кислых рож, побольше веселого энтузиазма. Мы счастливы? Потому что, если нет, – добавил он, – то скоро будем. Ну?
– Счастливы, – хором промямлили Пол и Софи.
– Радуемся, что нас ждет целая галактика увлекательных новых возможностей?
Они кивнули.
– Вот и молодцы. – Мистер Тэннер встал. – Извините, что отнял у вас время после работы, но думаю, сегодняшние занятия пошли вам на пользу. А теперь бегите и ровно до девяти утра в понедельник на глаза мне не показывайтесь. – Подойдя к двери, он вынул связку ключей. – Ах да, – вспомнил он, – и последнее, особенно это касается вас, миссис Петтингел. Гоблины не так уж сильно отличаются от людей. Напугайте их до чертиков, и, сами понимаете: они запаникуют. Оставьте их в покое, и они вас тоже донимать не станут. Крайне важно, чтобы вы не поссорились с данной колонией, потому что, как я только что сказал, на самом деле они наши домовладельцы. Здание принадлежит им, а они сдают его нам за какой-то мизер при строгой договоренности, что мы заботимся о том, чтобы по окончании рабочего дня они могли выйти из туннелей, в которых живут, пошалить, повеселиться после того, как целый долгий день копали руду когтями, и чтобы никакие чертовы люди на них не напрыгивали и не пугали их до полусмерти. А еще так получилось, – мрачно добавил он, – что они члены семьи, и прошу вас, подумайте о том, что бы вы сами сказали, если бы огромные безобразные чужаки ворвались в гостиную ваших родителей и принялись толкать их и пихать. Честно говоря, это просто хороший тон и уважение к ближним. Понятно? – Отперев, он распахнул перед ними дверь. – Счастливого пути. Миссис Петтингсл, если вы пошевелитесь и не станете слоняться без дела, то увидите, что вполне успеваете на автобус в 6. 05 от Лондонского моста на Денмарк-хилл, потому что он как раз на двадцать минут опаздывает. А это означает, что в «Спаниель и Ступку» вы попадете как раз к тому моменту, когда отыграет разогревающая команда, и уверяю вас, вы ничего не потеряли. – Он усмехнулся и оскорбительно подмигнул. – Хороших вам выходных. Будьте умничками.
Дверь за Полом и Софи закрылась, и они услышали скрежет ключа в замке. Как раз начался дождик.
– М-да, – протянул Пол. Софи не ответила.
Они прошли несколько шагов и остановились.
– Я слышал, что он сказал, – напомнил Пол. – Поторопись, не то опоздаешь на автобус.
Софи посмотрела на него: капли дождя сбегали по ее лбу и катились по носу, как крупные слезы.
– Что нам делать? Пол покачал головой:
– Понятия не имею. Мой отец любил повторять старую испанскую поговорку: самое неподходящее время решить, что ты вегетарианец, когда тонешь в говяжьей подливке. Не уверен, применима ли она к нам или нет, но это лучшее, на что я в данный момент способен.
В ответ Софи только пожала плечами:
– Ладно, увидимся в понедельник.
– Да. в понедельник. Удачного вечера с горшками.
– С керамикой, – поправила она и ушла.
