Чехов с его независимостью и чувством личной свободы сыграл далеко но последнюю роль в том, что до половины 90-х годов Суворин отделял свои личные взгляды от программных выступлений "Нового времени" и не опускался до откровенного верноподданничества. Но в конце десятилетия, когда газета и ее издатель заняли открыто реакционную позицию по отношению к студенческим волнениям и в деле Дрейфуса, пути Чехова и Суворина разошлись окончательно. "Составилось убеждение, что "Новое время" получает субсидию от правительства и от французского генерального штаба",-- писал Чехов в одном из последних писем к Суворину 24 апреля 1899 года.
И. Леонтьев-Щеглов сохранил в своих дневниках суждения Суворина, очень далекие от хрестоматийных представлений о добром, мягкосердечном, "похожем на барышню" Чехове: "...кремень-человек и жестокий талант по своей суровой объективности". Но есть и другие, несправедливые слова, продиктованные досадой: "Певец среднего сословия! Никогда большим писателем не был и не будет..."
Начавшаяся в 1886 году переписка Чехова с Сувориным продолжалась 17 лот, до 1903 года. Сохранились только письма Чехова (их 337); свои письма Суворин изъял из архива писателя после его смерти, они никогда не публиковались и к настоящему времени, если не считать случайно уцелевших черновиков и нескольких телеграмм, утрачены, по-видимому, безвозвратно.
Сразу после смерти Чехова Суворин напечатал воспоминания, включив туда отрывки из нескольких чеховских писем. Затем письма к Суворину вошли в 6-томное собрание, выпущенное М. П. Чеховой.
ЧЕХОВ -- А. С. СУВОРИНУ
86. II. 21
Милостивый государь Алексей Сергеевич!
Письмо Ваше я получил. Благодарю Вас за лестный отзыв о моих работах и за скорое напечатание рассказа1. Как освежающе и даже вдохновляюще подействовало на мое авторство любезное внимание такого опытного и талантливого человека, как Вы, можете судить сами...
Ваше мнение о выброшенном конце моего рассказа я разделяю и благодарю за полезное указание. Работаю я уже шесть лет, но Вы первый, который не затруднились указанием и мотивировкой.
Псевдоним П. Чехонте2, вероятно, и странен, и изыскан. Но придуман он еще на заре туманной юности3, я привык к нему, а потому и не замечаю его странности...
Пишу я сравнительно немного: не более 2--3 мелких рассказов в неделю. Время для работы в "Новом времени" найдется, но тем не менее я радуюсь, что условием моего сотрудничества Вы не поставили срочность работы. Где срочность, там спешка и ощущение тяжести на шее, а то и другое мешает работать... Лично для меня срочность неудобна уже и потому, что я врач и занимаюсь медициной... Не могу я ручаться за то, что завтра меня не оторвут на целый день от стола... Тут риск не написать к сроку и опоздать постоянный...
Назначенного Вами гонорара4 для меня пока вполне достаточно. Если еще сделаете распоряжение о высылке мне газеты, которую мне приходится редко видеть, то буду Вам очень благодарен.
На этот раз шлю рассказ5, который ровно вдвое больше предыдущего и... боюсь, вдвое хуже...
С почтением имею честь быть
Якиманка, д. Клименкова.
1 Первый рассказ, напечатанный в "Новом времени", -- "Панихида" {1886, No 3581, 15 февраля). Подписан: Ан. Чехов.
2 Чехов выбрал своим псевдонимом прозвище, данное ему законоучителем таганрогской гимназии протоиереем Покровским.
3 Из стихотворения А. В. Кольцова "Разлука" (1840).
4 По 12 коп. со строки.
5 "Ведьма".
ЧЕХОВ -- А. С. СУВОРИНУ
30 май, Сумы, усадьба Линтваревой.
Уважаемый Алексей Сергеевич!
Отвечаю на Ваше письмо, которое получено мною только вчера; конверт у письма разорван, помят и испачкан, чему мои хозяева и домочадцы придали густую политическую окраску1.
