В публичной лекции Мережковского, если судить о ней по печатным отзывам, немало правды и хороших мыслей. Но она не политична, или, вернее, не этична. В каждом обществе, будь то народность, секта, сословие или просто круг людей, связанных одной общей профессией, непременно существует этика отношений, не допускающая, между прочим, чтобы дурно отзывались о своих в присутствии чужих, если нет к тому достаточно сильных поводов вроде уголовщины или порочного поведения - поводов, указанных практикою. Мережковский огулом, без достаточных к тому поводов дурно отзывался о своих в присутствии чужих, а это с точки зрения оной этики значит, что он "поступил не по-товарищески". Дома у себя, т. е. в журнале или в литературном обществе, бранись и бей себя по персям сколько хочешь, но на улице будь выше улицы и не жалуйся барышням, полицейским, студентам, купцам и всем прочим особам, составляющим публику. Это раз. Во-вторых, как бы низко ни пала литература, а публика все-таки ниже ее. Стало быть, если литература провинилась и подлежит суду, то уж тут публика всё, что угодно, но только не судья.
Если увидите Лескова, то скажите ему, что у Шекспира в "Как вам будет угодно", действие 2, сцена 1, есть несколько хороших слов насчет охоты. Шекспир сам был охотником, но из этой сцены видно, какого плохого мнения он был об охоте и вообще об убийстве животных.
"Мездра", напечатанная на прошлой неделе, хороший рассказ.
Когда я выберусь в Питер? Когда?
Получил длинную телеграмму от Гуревич. Цензура запретила всё и оставила один только мусор. Ответ уплочен. Ответил так: простите, ничего нет готового. Вот тут и издавай журнал!
Получили обратно рассказ Боткина?
Будьте здоровы и покойны.
Ваш А. Чехов.
* до крайних пределов (лат.).
1249. Л. С. МИЗИНОВОЙ
19 декабря 1892 г. Москва.
19 дек.
Ликуся, я сейчас приехал и сегодня же уезжаю в Петербург по делам службы.
Когда будет лето? Зима мне опротивела, я озяб и немножко болен. Ликуся, я хочу лета, и если не будет лета, то я скотина.
Когда я уезжал из Мелихова, все мои приказали мне просить Вас непременно приехать в Мелихово.
Вернусь я - не знаю когда. Должно быть, через месяц. Напишите мне хоть одну строчку по адресу:
Мл. Итальянская, 18, кв. Суворина. И я Вам напишу. На обратном пути побываю у Вас и буду невыразимо счастлив, если Вы... дадите мне пообедать. Хотел написать - "нажраться", но это было бы неизящно. Нельзя писать неизящно к изящной Лике.
Да хранят Вас ангелы!
Ваш А. Чехов.
1250. В. А. ГОЛЬЦЕВУ
20 декабря 1892 г. Петербург.
18 дек.
Многоуважаемый Виктор Александрович!
К Вам в "Русскую мысль" послал свой рассказ молодой беллетрист Н. М. Ежов, о котором я уже говорил Вуколу Михайловичу. Ежов уже печатался в "Северном вестнике", и его мелкие рассказы рассыпаны по разным газетам и иллюстрациям, преимущественно петербургским. Он томится и "страждет в пламени сем", подобно Лазарю. Омочите конец перста своего в воде и остудите язык его.
Я в Петербурге, Мл. Итальянская, 18. Хочу отыскать себе квартиру, или, вернее, дачу на Каменноостровском проспекте, где буду жить до 15-го февраля.
Если это удастся, то своевременно пришлю свой новый адрес. Моя повесть со мною.
Я понемножку стригу ее и подновляю. Пришлю, как говорено было, к мартовской книжке.
Поклон Вуколу Михайловичу и Митрофану Ниловичу.
Всего хорошего!
Ваш А. Чехов.
1251. Н. М. ЕЖОВУ
25 декабря 1892 г. Петербург.
25 дек.
Добрейший Николай Михайлович, начну с того, что Ваш "Лунатик" - очень хороший рассказ и всем здесь нравится. Вы делаете поразительные успехи. Другого Вашего рассказа я не видел и не читал, но говорят, что он тоже будет напечатан.
Во-вторых, поздравляю Вас с праздником.
В-третьих, пожалуйста, не считайте меня лютым кредитором. Те сто рублей, которые Вы мне должны, я сам должен и не думаю заплатить их скоро. Когда уплачу их, тогда и с Вас потребую, а пока не извольте меня тревожить и напоминать мне о моих долгах.
Итак, Вам нужно не 500, а 400 р. Если к тому же еще Вы решите отдать долг Александру Семеновичу не теперь, а месяца через три, то останется всего долгу 350 р. Такую сумму не страшно просить. Вы напишите Суворину, по возможности подробнее, т. е. сошлитесь на болезнь, проценты и проч., и попросите его выслать Вам 350 р. Пообещайте уплачивать по 25%. Думаю, что он не откажет Вам, ибо нет никакого основания отказывать в 350 р. такому сотруднику, как Вы. Я бы не отказал Вам. Скорее же напишите, а я поддержу Вашу просьбу, буде Суворин покажет мне Ваше письмо.
Вчера я целый день выматывал из души рождеств<енский> рассказ, написал, кроме того, про болезнь Ирода, прочел миллиард корректур и замучился.
Ваша книжка еще не набирается благодаря предпраздничной сутолоке в типографии.
Ну, будьте здоровы. Приезжайте.
Ваш А. Чехов.
1252. Л. С. МИЗИНОВОЙ
28 декабря 1892 г. Петербург.
28 дек.
Ликуся, если Вы в самом деле приедете в Петербург, то непременно дайте мне знать. Адрес всё тот же: Мл. Итальянская, 18.
