Переработка полностью

Условие: У нас КОД КОШМАРНО ЗЕЛЕНЫЙ, и вещи, в которые верят слишком многие люди, имеют скверную тенденцию становиться настоящими; магия, это ветвь прикладного вычисления, нейронных сетей и вычислительных приборов, здесь слишком много людей и звезды выстроились правильно (из-за чего гораздо проще добиться внимания сущностей, которые считают нас хрустящими и хорошо сочетающимися с кетчупом).

Условие: Какого типа неприглашенная сущность может захотеть послушать небольшую речь Крингла?..

Я на полпути через начальственное крыло и я пускаюсь в бег.

- Всем добрый вечер.

Когда Крингл говорит, он заламывает руки; они занимательно анемичные и бледные, будто принадлежат Глубоководному, но ему не хватает согбенной спины или жабров: только блеклые, свалявшиеся волосы и толстые роговые очки, за которыми скрывается единственный слезящийся голубой глаз — второй прикрыт кожаной повязкой — заставляют его выглядеть странно. Но взгляд…

- Это будет добрый вечер, пока я не закончу говорить. — его улыбка похожа на распахнувшийся люк виселицы. — Так что пейте и радуйтесь, потому что это будет последняя рождественская вечеринка в Прачечной.

До этого момента большинство людей игнорируют его или слушают с вежливым непониманием. Но внезапно можно услышать топот мышей.

- Вам не стоит бояться уплотнения или урезания бюджета. — его улыбка угасает. — Я говорю о более фундаментальных, необратимых изменениях.

- Мой департамент прогнозов занимается попытками оценить эффективность предложенных активных инициатив, направленных на достижение целей организации — в частности, предотвращения вторжения таинственных ужасов из-за грани пространственно-временного континуума. Стратегии создаются, выдвигаются — и мы рассматриваем их последствия. Это неточная профессия, но наша способность вглядываться в бездну будущего позволяет иногда избежать худших катастроф.

Крингл продолжает в том же духе еще некоторое время. У него до странности убаюкивающий голос, и мне требуется время, чтобы понять почему: он напоминает синоптика на радио BBC. Они всегда запускают прогноз погоды перед новостями, и как бы я ни пытался, я всегда вырубаюсь прежде чем они доберутся до новостей региона, которым я интересуюсь, а просыпаюсь только когда заканчивают. Есть в этом что-то сверхъестественное. Крингл явно говорит о чем-то весьма важном, но мой разум скользит по поверхности его слов, как оса по витринному стеклу. Я трясу головой и начинаю оглядываться, когда несколько слов попадают в фокус.

- Клаус, или Santé Klaas, как его называли в средневековой Голландии, дружелюбная фигура в красном костюме, приносящий подарки в середине зимы, может быть гораздо более зловещей сущностью. Можно вспомнить не только северные легенды Одина, с которым ассоциируется фигура Санта Клауса, но и шаманские ритуалы древнего Лаппи, проводимые святым человеком, который пил мочу оленя, съевшего священную поганку, Amanita Muscaria, — одетого в окровавленную кожу отравленного животного, чтобы получить предсказание о следующем году — мы, с современными статистическими методологиями, можем быть куда точней, но за это придется заплатить…

Эх? Я снова трясу головой, затем делаю еще один глоток бормотухи из бумажного стаканчика. Слова свистят мимо, словно предназначены для внимания кого-то другого. Что странно, ведь я пытаюсь следить за его речью: у меня особое чувство, будто он говорит что-то важное.

- …точней, определенные факты неоспоримы. В следующем году у Прачечной не будет рождественского ужина. Мы не можем сказать почему, но в результате событий, которые, как я считаю, уже имели место, это будет последняя вечеринка. Реальность такова, что в этом году попытки отследить все возможные развития событий после этого вечера закончились полным провалом: конец этой вечеринки, это последнее событие, которое Отдел Прогнозов способен предсказать с хоть какой-то долей уверенности…

Я возвращаюсь в Комнату дежурного офицера с покрытой пленкой холодного пота спиной. Лампы включены, отбрасывая приветливый свет на матовое стекло дверного окна, и ТВ радостно продолжает трескотню. Я юркаю внутрь, закрываю за собой дверь, хватаю свободный стул и подпираю дверную ручку. Память о речи Крингла выглядит, на мой вкус, пугающе похожей на сон: даже разговор с Энди кажется удивительно смутным. У меня уже был похожий опыт, и единственное, что можно сделать в подобном случае — провести проверку.