— Ну с возвращением, сестрёнка!
Ребекка хмурится. Считанные секунды — и Клаус оказывается вжатым в каменную стену одного склепа. Ребекка прижимает его к стене, приставив руки к горлу вампира. Видно, что она прикладывает всю силу, слышен даже лёгкий хруст костей. Если Ребекка хочет убить Клауса, то я не против. Вампирша пристально на него смотрит, прожигая взглядом. Эта немая сцена длится около минуты, а затем Клаус охрипшим голосом говорит:
— Соскучилась по вампирской силе? Добро пожаловать обратно, Ребекка.
Ребекка ухмыляется, ослабляя хватку:
— Я тоже рада видеть тебя, Ник.
Ребекка улыбается и отпускает Клауса. В следующие секунды она уже обнимает его.
— С возвращением, Бекка! — восклицает Кол.
Ребекка идёт сначала в сторону Кола. Тот уже разводит руки в стороны, чтобы обняться, но Ребекка проходит мимо него, шагая в объятия Марселя.
— Чёрт! Восемнадцать лет брата не видела и ноль реакции! — возмущается Кол.
— Братьев у неё полно, а я один, — произносит Марсель, крепко обнимая Ребекку.
— Мне не хватало тебя, — говорит Ребекка и целует Марселя.
Голос Ребекки изменился. Он стал более высоким и звонким. Интересно, в ней что-нибудь осталось от Эммы? Пока я вижу перед собой абсолютно другую девушку. Властная, сильная, прекрасная, грациозная, могущественная, неуязвимая. Только внешность говорит о присутствии Эммы: светлые длинные волосы, фарфоровая кожа, чисто-голубые глаза. Эмма по-прежнему здесь. Со мной. Я верю в это. Несколько минут все обнимают Ребекку. Я продолжаю сидеть на асфальте. Идёт слабый дождь. Я смахиваю оставшиеся на лице капли дождя. Поднимаюсь с асфальта, слегка пошатываясь. Немного кружится голова.
Ребекка оборачивается в мою сторону и смотрит на меня. На её лице мелькает светлая улыбка. Ребекка проходит ко мне. Я молчу. Не знаю, что сказать. Вот уже Ребекка оказывается возле меня.
— Ты вернулась, — говорит она.
— Да, — тихо произношу я, удивляясь своему голосу. Он изменился. Стал более ледяным. Хорошо ли это?
— Ты изменилась, — продолжает Ребекка. — С возвращением, Андреа.
С этими словами она немного неуверенно обнимает меня. Обнимая Ребекку, я чувствую, что часть Эммы всё равно здесь, что она никуда не уходила. Я не знаю, понравится ли мне новая Эмма. Теперь у меня нет Эммы Гилберт. У меня есть Ребекка Майклсон.
— Я думаю, нам пора возвращаться, — говорит Элайджа.
— Да, — соглашается Ребекка, отходя от меня. — И дождь идёт.
И я впервые замечаю, что вода мне не мешает. Я полностью промокла, но хвост не появился. Немного непривычно. Раньше я боялась прикасаться к воде, а теперь… Теперь я убедилась в том, что больше не русалка. Теперь я оборотень. А Ребекка? Она промокла, а хвоста нет. И она перестала быть русалкой. Она теперь первородный вампир. Даже не скажешь, что ей более тысячи лет. Вечно молодая — вечно прекрасная. Давина и Фрея убирают следы проведения заклинания. После этого мы покидаем кладбище. Я иду вместе с Ребеккой, Марселем и Элайджей. Марсель крепко держит за руку Ребекку. А я полностью погружаюсь в свои мысли. Вот, я прошла заклинание перерождения. Стала той, кем и должна была быть. Я оборотень. Волк. И меня ожидают тяжёлые испытания. Мне дали защиту на восемнадцать лет. Время прошло. Теперь мне пора выполнить своё предназначение. Разобраться со Вторым кланом. Остановить нарастающую войну. Но как я это сделаю? Мне, возможно, придётся убивать. Я не могу такое сделать. Лишить жизни человека… Я на такое не способна. Мне нужно будет стать сильнее. Я буду готовиться к этому. И мне поможет моя новая семья. Майклсоны. Но не все. Я доверяю только троим: Ребекке, Марселю и Элайдже. Клаус мне не нравится. Он внушает недоверие и страх. Остальных же я плохо знаю. Я со всем этим разберусь. Со временем. Я снова окунаюсь в воспоминания своей жизни. Воспоминаний очень мало, но они важные. Я мысленно возвращаюсь в тот тёмный лес. Я помню лица оборотней. Жестокие, не ведущие пощады. Я слышу крики. Я плохо вижу лицо своей матери, но вспоминаю, как она, умирая, прижимала меня к себе. А потом я вспоминаю Марселя, спасшего меня. Он дал обещание моей матери, что защитит меня. Он выполнил обещание. Я не забуду этого. Ребекка. С ней тоже связано одно воспоминание. Она заботилась обо мне перед тем, как уехать в Австралию. Я смутно помнила черты её лица, но это она. Она вызвалась помочь мне. Она присматривала за мной на протяжении восемнадцати лет. И я благодарна ей за это.
Вскоре мы оказываемся возле дома Майклсонов. Ребекка с улыбкой смотрит на здание и произносит:
— Эх… Столько лет прошло. И столько воспоминаний связано с этим домом.
— И городом, — добавляет Кол.
— Да, — соглашается Ребекка.
Мы заходим внутрь. Здесь тепло и… уют? Это весьма странно. Несколько дней, прибывая в этот дом, я была скована страхом. Я была напугана, потеряна. Я не представляла, что мне делать. Сейчас же этого нет. Страх пропал.
— Я думаю, сейчас нет смысла устраивать разговоры, — говорит Элайджа, снимая промокший пиджак.
— Согласна, — кивает Давина.
— Нет, сейчас мы все сядем за стол, и наступит семейный разговор, — решает Клаус.
