Перерождение (СИ) полностью

— Когда встретишься с ним, то можешь спросить сам.

— Непременно. — кивнул Василий. — Кстати, ты не знаешь, почему он не отзывается на молитвы?

— Знаю.

— Почему?

— Без комментариев.

На этот раз причина ухода от ответа была иной, но было бы нерационально признавать свое вмешательство. Сейчас, пока Каин был далеко, я обладал лишь немногим меньшей автономностью, чем прототип. Так что вряд ли можно найти лучшее время для первого знакомства.

— Забавно… — ничуть не обиделся Василий. — Ты не ответил на мой вопрос, но при этом и не стал лгать. Не можешь или не хочешь?

— Полагаю, я могу солгать, если этого потребует ситуация.

Будучи связан с богом, я все же получил статус игрока, а, значит, Правила по отношению ко мне действовали не так строго. Особенно, если ослабить связь.

— В таком случае соври что-нибудь? — предложил прототип. — Ситуация того определённо требует.

— Ты сильнее меня.

— Я просил солгать мне, а не льстить. — парировал он. — Попробуй ещё разок.

— Ты слабее меня.

Впрочем, это мало что на самом деле доказывало. Система не умеет определять ложь или правду, но она может определять отношение к своим словам конкретного существа. Скажем, я не сомневался, что прототип слабее, но если ему поможет Каин, то у меня не будет и шанса. В зависимости от нюансов, любое из этих утверждений могло быть как истинно, так и ложно. Не говоря уже о том, что у монеты есть ещё и ребро и, с тем же усмехом я мог бы заявить, что мы все равны. Ведь если мы трое — часть единой сущности, то и наша сила общая. Просто аватар в этой схеме… склонен к сепаратизму.

— Вот теперь — верю. — кивнул Василий. — Врать ты однозначно умеешь. И даже чувство юмора, похоже, сохранил. Значит, ты все же не бог в полном смысле этого слова?

— Я клон.

— Да, я помню. И чем ты отличаешься от аватара? Или это мне тоже нужно выяснить самостоятельно?

Информация о нашей природе была среди полученных воспоминаний и скрывать её не имело смысла, так что я поделился тем, что мне было известно. Аватары сохраняли изначальную личность, лишь изредка служа в качестве воплощения божества, а клон получал кусок его души, разума и могущества. И канал связи, конечно…

— Значит, сила аватаров разнится?

— Верно.

— И как ты оценишь меня?

— Ты не слишком силён, но сродство близко к идеалу…

Несмотря на то, что формально Василий считался аватаром, но по сути своей был ближе к клону. Он обладал божественной силой, а его связь была весьма сильна. Но как назвать смертного, породившего бога? На Деву Марию он был не похож, поэтому я мысленно и остановился на слове «прототип». Существо, крайне редкое на просторах вселенной, чтобы можно было сходу подобрать для него иной, устоявшийся термин.

— Получается, для клона сродство также важно?

— Конечно.

Информацию о том, кто я такой, выдал в общем виде, не став углубляться в подробности. Клоны тоже разнились в зависимости от метода создания. Можно поймать сильного врага, очистить его душу и наложить сверху отпечаток своего сознания, создав из него свою копию. Тем не менее, такой клон будет чем-то вроде импланта. Дорогого, полезного, но который никогда не станет настоящей частью тебя. И, если бог падет, то такой слуга практически неминуемо восстанет.

Другое дело клон, созданный с нуля, сродство с которым максимально. Создать его гораздо дороже и сложнее, но и ценность несоизмерима. Демиурги и сильнейшие из богов редко показываются сами, предпочитая действовать руками своих копий. Как, например, Обезьяньи Предки. Самые сильные из клонов становятся богами и я — тоже рано или поздно им стану. По крайней мере до статуса младшего мне оставался всего один шаг. Пусть делать его и было преждевременно.

В целом, концепт клона напоминал концепт зарождающейся души, только не спящей в алтаре, а действующий параллельно главной личности. И павший бог, имеющий достаточно могущественного клона, мог возродиться в его теле. Не всегда, заплатив немалую цену, но иногда это был единственный шанс избежать окончательной гибели.

Впрочем, не менее ценным был шанс, слившись с клоном, вновь стать единым и прорваться на следующую стадию. Например, стать демиургом, так что потеря сильного клона всегда будет очень болезненным ударом. Растить их проходится десятки, а то и сотни тысяч лет.

— А к какой категории относятся ожившие статуи?

— Вспомнил знакомство с Герой? — продемонстрировал я общие воспоминания. Технически, их можно было бы назвать клонами, поскольку изначальной личности у камня нет, но совместимость у такого рода оболочек стремилась к нулю. Так что, как и в случае с прототипом, для их обозначения требовалось отдельное слово. — Думаю, ни к той, ни к другой. Я бы назвал их… временными воплощениями. И чаще всего они не способны действовать за пределами храмов…

— Как многое ты помнишь?

— Всё, что было до того, как я стал богом. И достаточную часть того, что было позже.

Вопросы о воспоминаниях, бонусах за первенство и, наконец, выводы. То, к чему я и вел этот разговор…

— Расскажешь о своих выводах?