Мысленно вызвав пару команд, у меня в интерфейсе открылось окно, показывающее меня сбоку. Черные волосы и карие глаза. Волевой подбородок и розовая кожа. Руки и ноги обычного человека, все выглядело так, как я привык видеть по утрам в зеркале. Только вот тело как будто светилось, излучая слабый свет, обладая ореолом.
— Офигеть, я теперь фонарик, что ли? — скривил я в гарусной усмешке лицо.
Я перевел взгляд на офигевшее лицо принцессы, которая стояла с надетым на голову венком и так же разглядывала свою кожу, вокруг которой вились лозы с распускающимися на них цветами. Зеленые глаза на смазливом личике хлопали с невероятной частотой. Локоны ее золотистых волос струились, падая на плечи. Чуть сбоку от нее с раскрытой грудью стояла Лора, которая, по-видимому, решила положить сердце в отсек на своей груди. Линии ее корпуса стали в разы плавнее и привлекательнее, цвет с коричнево-сероватого корпуса сменился на такой же розовокожий, как и у нас. Каштановые волосы и фиалковые глаза смотрели куда-то в пространство, ища что-то за пределами видимого мира.
— Э-э-э-э… Этого ли ты хотел, смертный?! — с непривычки забыв, как разговаривать ртом, запнулся я.
— О да, господин, вы истинные посланники богов, великодушно просим простить этих смертных за недостаточность их веры, — сказал жрец, падая на колени, и все вокруг сделали то же самое.
Девушки, наконец придя в себя и осознав, что стоят полностью голые на глазах у многотысячной толпы, инстинктивно начали прикрываться руками. Алиса, вовремя спохватившись, тут же отдала команду, чтобы со станции отправили парочку комплектов одежды. Я же стоял, широко расставив ноги, и ощущал дуновение ветра всем своим телом, наслаждаясь моментом. Спустя минуту у нас одежда была переслана, и мы быстренько оделись, пока вся толпа продолжала молиться.
— Встань, дитя, и проводи нас в опочивальню для отдыха! — приказал я жрецу властным голосом, внутренне скривившись от этого натужного пафоса.
— О, конечно, конечно, мой господин, ваши костюмы… — начав было лепетать, жрец запнулся, увидев нас уже одетых в довольно простую одежду горожан.
— Веди, — сказал я, выводя жреца из ступора, в котором он мог потеряться навечно.
Жрец поклонился и, развернувшись, повел нас за собой в центральный шатер, принадлежавший ранее императору. Когда мы вошли внутрь, в отделение для отдыха, я отослал жреца, сказав ему прийти через пару часов, когда мы наберемся сил и будем готовы продолжать. Устало плюхнувшись на мягкие диваны, я запрокинул голову к небесам и молча пару минут смотрел в потолок шатра, пытаясь собрать мысли воедино. Произошла очередная эволюция, и, судя по привлекательным формам моих спутниц, весьма успешная. Вновь открыв наши характеристики, чтобы прояснить случившееся, моя челюсть самопроизвольно отвисла. Даже зашифрованный кусочек открылся, преподнеся сюрприз.
Имя: Марк.
Раса: Гуманоид.
Редкость: Божественный.
Вид: Полубог.
Класс: Воин.
Тип: Полубог огня и света.
Божественность: 0/100 %.
Навыки: Магия огня и света. Вторженец. Чувство маны. Божественная регенерация. Духовное тело. Путь воина.
Имя: Мей.
Раса: Гуманоид.
Редкость: Божественный.
Вид: Полубог.
Класс: Маг.
Тип: Полубог жизни и разрушения.
Божественность: 0/100 %.
Навыки: Магия жизни и разрушения. Стихийная магия. Вторженец. Чувство маны. Божественная регенерация, Духовное тело. Путь Мага.
Имя: Лорелея.
Раса: Гуманоид.
Редкость: Божественный.
Вид: Полубог.
Класс: Живой механизм.
Тип: Полубог механизмов.
Божественность: 0/100 %.
Навыки: Неразрушимое тело. Вторженец. Самосбор. Духовное тело. Путь механизма.
— По-видимому, энергия божественности вступила в резонанс с артефактами, что и послужило катализатором эволюции в полубогов, — бормотал я себе под нос, смотря на девушек, которые удивленно осматривали свои тела и щипали друг друга. — Лора, а ты как эволюционировала? У тебя же был не максимальный уровень, и вроде божественности в интерфейсе не было?
— А? А да, сразу после того как вы преобразились, мой интерфейс заполнили сотни строчек о получении энергии божественности, и как только я положила механическое сердце себе в грудь, то в следующее мгновение стояла уже в коже и голая посреди толпы. — смущаясь, закончила она.
