— Чем вы обычно успокаиваете нервы? — выдохнул он, когда демон с интересом посмотрел в сторону подполковника. Кальвань лишь удивлённо приподнял массивную бровь. — Спирт есть? — перефразировал он, впрочем, не надеясь на положительный результат. Но, к своему удивлению, услышал:
— Зачем тебе?
— Затем, — прошипел Михаил. — Существует три варианта развития событий. Либо напьюсь я, либо спою его. Либо в этом мире станет на одного иномирянина меньше. Я понятно изъясняюсь?
Нир Кальвань насмешливо фыркнул, улыбнулся и пошел к соседней нише. Там покопался в своей сумке и достал на поверхность двухлитровую железную флягу. Михаил принял её, отвинтил крышку и понюхал содержимое.
— Спи-и-ирт, — с благоговением выдохнул он. — А воды можно? И ёмкости какие-то?
— Зачем вода? — не понял Кальвань. — Хотя, тебе виднее, укротитель Лигрусков.
— Кого? — не понял подполковник.
— Спаивай уж поскорее своего мальца. Потом и поговорим.
Михаил удивлённо посмотрел на следопыта, но потом всё же развернулся и пошел обратно в нишу, зажав под мышкой драгоценную флягу. Похоже, своим вмешательством в сражение подполковник кардинально поменял мнение демонов о себе. Эта новость несла как хорошие, так и плохие последствия. И всё же, хорошего было больше.
Через некоторое время Нир притащил ещё одну флягу, в этот раз наполненную водой. А так же две внушительного размера железные кружки.
— Что это? — отвлёкся от причитаний трансвестит, хлюпая носом.
— Пей, — протянул ему кружку Михаил.
Васька послушно взял ёмкость и опасливо понюхал. Но когда до него дошло, что именно ему подсунули, паренёк удивлённо посмотрел в сторону подполковника. Во взгляде его промелькнуло подозрение.
— Споить меня хочешь? Что ты туда подсыпал? — поджал губы Васька.
— Не пей, — пожал плечами милиционер и сделал внушительный глоток со своей кружки. Закашлялся — всё же недостаточно разбавил. Но с удовольствием ощутил, как по телу разливается приятное тепло.
Да, это то, что нужно. Улыбнувшись своим мыслям, Михаил сделал очередной глоток, наблюдая за Нир Кальванем, который подозвал Рах Гилиира, и что-то нашептывал ему, поминутно стреляя в сторону Михаила задумчивыми взглядами. Вскоре к ним пресоединился так же Рах Свинляр.
Васька ещё какое-то время посверлил подполковника подозрительным взглядом, но потом решился сделать несмелый глоток.
Вот так они и сидели, молча потягивая разбавленный спирт. Ощущая, как тает в груди тугой комок напряжения, мешающий спокойно дышать. Мысли становились вальяжными, неторопливыми. Немного клонило в сон.
Глаза Васьки становились всё более и более стеклянными. Через некоторое время он стал непрестанно что-то бормотать себе под нос. А потом и вовсе запел. Тихо, но на удивление у него оказался довольно приятный и чистый голос.
Допев песню, он как-то совсем уж невесело улыбнулся и тяжело вздохнул, глядя в потолок.
— А я думал, что ваша братия предпочитает Бориса Моисеева, — не удержался подполковник Дождь.
— У меня пока ещё есть вкус, — отозвался Васька. — К тому же эта песня. Для меня она особенная.
— В каком это смысле? — поинтересовался Михаил.
— Она напоминает мне кое о чём, — криво улыбнулся парнишка. — Как странно. Возможно, это не так уж и плохо, если всё закончится именно здесь.
— Эй-эй! — возмутился милиционер, наградив Ваську затрещиной. — Что за мысли? Мы выберемся, слышишь? И я тебя не брошу.
Паренёк даже не возмутился на столь брутальное поведение, а лишь отвернулся, закусив губу.
— Хватит киснуть, — бодро сказал подполковник. — Давай, раз уж начали песни петь. Так хоть весёлые.
— Какие? — криво улыбнулся Васька.
— Да хоть Верку Сердючку, и то дело.
А дальше пошел концерт по заявкам. Алкоголь напрочь снёс барьеры сдержанности Михаила. У Васи их изначально не наблюдалось. Начали с Верки Сердючки, перешли на народные песни, потом незаметно съехали на военную тематику и рок. Демоны сгрудились в нескольких шагах от людей, наблюдая бесплатное шоу.
— Что это вы делаете? — наконец, не выдержал Гилиир, подойдя к нише, в которой вольготно развалились пришельцы.
— Ик, — ответил ему Васька. Последняя порция разбавленного спирта была для него явно лишней.
— Песни поём, — ответил милиционер. Язык его слегка заплетался. — У вас разве такого нет? Это составляющая культуры людей. Когда мы хотим как-то выразить свои эмоции.
— Хм, — задумчиво склонил голову на бок лидер.
— У нас песен нет, — вклинился в разговор Кальвань.
— А что есть? — поинтересовался Михаил.
— Это сложно объяснить, — стушевался демон.
— Так покажите, — нагло затребовал подполковник Дождь.
— Ик, — поддержал его трансвестит.
