- Мало.
- Так не теряй времени. Я помогать тебе буду. Работаем.
БИС - биостимулятор, без сомнения, был гениальным порождением медицинской инженерии. С больными в нем происходили удивительные вещи, чудеса, буквально. Несколько часов в нем реабилитировали организм идеально. БИС успешно заживлял всевозможные внешние и внутренние повреждения, корректировал энергополе пациента, и снимались стрессы, депрессии, усталость. При необходимости больной мог получить подпитку донорской энергетикой. Но психотерапевтическими способности его далеко не ограничивались. И что не менее важно - в биококоне человек был избавлен от всех неприятных ощущений, не испытывал ни боли, ни неудобств - только лишь целительный покой и легкую эйфорию.
Для Андрея в его состоянии не могло быть ничего лучше БИСа, но за пятнадцать минут, которыми он себя ограничил, машина не в состоянии была ему помочь. Поэтому все, что он мог себе позволить - лечебный сеанс с Линдой.
Андрей закрыл глаза, расслабился. Стало горячо ладоням, потом тепло потекло к плечам, медленно охватило грудь, заструилось вниз, к ногам. Тело приобрело легкость, и в неуловимый момент исчезла боль...
- Пятнадцать минут, Граф, - издалека донесся голос Линды.
- Все, - Андрей стряхнул с себя оцепенение, поиграл мускулами. Молодец, Линда. Так, как ты, никто не умеет. Где Стефан?
- Здесь.
- Граф, я тоже с вами, - вдруг сказала Линда. - Что там один Стефан сделает? А тебе нельзя с полями работать, ты свое плохо держишь, тебя самого подпитывать надо.
- А переодеться?
- У меня здесь найдется.
* * *
Когда молочная зыбкая сфера растаяла, они увидели, что их вынесло в заросли колючего кустарника - глейсер пружинил на подмятых упругих ветках. Стефан вывел его из кустов и опустил на траву. Раскрылся прозрачный купол, и сразу стали слышны голоса - стоны, плач. Стоял резкий запах гари, наплывала удушливая завеса дыма. Они оставили глейсер в зарослях и пошли на голоса.
Усталые грязные люди расположились огромным беспорядочным лагерем почти на самом краю болота - ветер относил дым в сторону, а джайва у болота все же пореже была. Вырубили кустарник, отсекли лианы, растащили валежник, и получилось довольно сносное место для ночевки.
Первым Андрея увидел дозорный.
- Дар! - резкий громкий крик перекрыл все остальные звуки. - Дар с нами!
- Дар! Дар пришел! Дар с нами, слава Милосердному! - радостная весть не затихая, катилась дальше.
Линда и Стеф увидели, как изможденные, хмурые лица светлеют улыбками. К Андрею с плачем бросилась молодая женщина:
- Дар, они убили Гойко!
Андрей молча прижал к себе ее голову, гладил по волосам. Она рыдала, уткнувшись ему в грудь. Прошло несколько секунд, прежде чем эритяне смогли переключить внимание с Андрея на чужих за его спиной. Андрей понял это по изменившимся лицам. Что это за люди? Откуда они взялись? Где были во время сражения? Но... как похожи Дар и эти двое!.. Люди отрывались от дел, чтобы проводить незнакомцев взглядами, однако ни страха, ни враждебности в тех взглядах не было - ведь Дар спокоен. Да и вид незнакомцев, приветливые лица - располагали. Но как неожиданно и необъяснимо их появление, очень уж они другие среди грязных, закопченых, окровавленных людей.
Скоро Андрей увидел за деревьями Лиенту и Алана, спешащих навстречу, и словно камень с души свалился - живы!
- Слава Хранящему, ты здесь, живой, с нами! Я послал отряд за юкки, боялся, что они забрали тебя с собой. - Лиента вопросительно повел глазами в сторону Стефана и Линды. - Дар? Это люди твоей страны?
- Это мои друзья. Линда. Стефан.
Стеф поднял к плечу раскрытую ладонь.
- Я приветствую вас, славные воины. Мы пришли с миром.
- Рад приветствовать друзей нашего друга... Я рад за него - он вновь обретет потерянную родину, наша земля не была к нему доброй. Жаль, он унесет о ней тяжелые воспоминания.
Андрей посмотрел на лугарина, но всегда прямой взгляд теперь ускользал.
- У тебя короткая память, вождь? Я помню свое слово. Примите моих друзей и верьте им, как мне.
- Почему ребенок так плачет? - перебила Линда.
Приглушенный расстоянием крик рвал сердце.
- Он сильно обожжен, - ответил Лиента.
Линда скользнула коротким, цепким взглядом по серому лицу, по повязке на груди, взглянула на неловко прижатую к боку, кое-как замотанную руку. Другой он тяжело опирался о дерево. И толи сказала, толи распорядилась:
- Идемте. Вы можете говорить на ходу.
И снова люди, не отрываясь, смотрели им вслед. Один их вид заставлял обо всем забыть на время, они выделились бы в любой толпе. Андрея они уже считали своим, но теперь увидели - нет, он принадлежит племени этих удивительных людей. Они не шли - шествовали по задымленной, израненной земле, высокие, стройные, прекрасные в своем физическом совершенстве. Лица их были приветливы, и веяло от них такой силой и уверенностью в этой своей силе, что казались они не гостями на чужой земле, а полноправными хозяевами.
- Потери большие? - спрашивал между тем Андрей.
