Элис моментально раскусила стратегию грабителей: создав простенькие защитные барьеры, парни теснили её к ближайшей стене, чтобы подобраться вплотную и оглушить. Ради интереса Элис бросила в них парочкой огненных шаров, затем попробовала молнию и гравитационный заряд — но эти удары их защита исправно отразила. Снег на земле под ними растаял до асфальта.
Какое-то время она притворялась, что поддаётся, но вскоре её это наскучило. В конце концов, любой благоразумный человек успел бы сообразить, что зря затеял драку, и быстренько сделал бы ноги.
— Не люблю неравный бой, — поморщилась Элис. — Но вы, ребята, не оставляете мне выбора.
Удар был такой силы, что с деревьев в сквере неподалёку осыпался весь снег, а припаркованный на соседней улице турбомобиль истошно завопил, решив, что его угоняют. Трое бандитов отлетели метров на десять, застряв в сугробах, четвёртого припечатало к стене.
— А я думала, в Айзенбурге мне будет скучно, — хмыкнула Элис, отряхивая пальто.
В крови бурлил адреналин. Впрочем, рассудив, что приключений ей на сегодня достаточно, Элис повернула к дому.
Не позднее чем через полчаса горе-грабителей найдут представители ДВР — девушка позаботилась об этом. Она хихикнула, представив, какова будет реакция её коллег, когда они обнаружат у одного из парней реверсайдскую валюту. Что ж, это послужит им хорошим уроком. И без способностей интуита было понятно, что от рук этой банды пострадал не один человек, — так что наказание будет справедливым.
Элис услышала музыку ещё на лестнице — мелодичные гитарные переборы "Белого лотоса". Войдя в гостиную, она обнаружила, что это не радио: отец вытащил старый патефон, из медного раструба которого и лилась мелодия — слегка хриплая и скрипучая, но оттого ещё более уютная.
Своих родителей она застала за рассматриванием стереограмм. Некоторые стереограммы стояли на каминной полке, большинство же хранилось в старом деревянном сундуке, заботливо переложенные пожелтевшей от времени ватой.
Элис примостилась рядом, негромко подпевая патефону.
— Вот здесь Элис восемь, — лорд Генри аккуратно извлек из недр сундука тяжёлый стеклянный шар. — В тот год была очень снежная зима, и водопады в горах не иссякали всё лето. А здесь мы впервые отправились на море…
Элис не очень любила копаться в воспоминаниях, но сейчас она невольно втянулась в процесс и даже подловила себя на том, что он даже доставляет ей некоторое удовольствие.
Элис вздохнула. Она вдруг поняла, что скучает по Грейстоуну, по работе и по друзьям, а ещё — по перманентному ощущению опасности, держащему в напряжении и не отпускающему ни на минуту. Даже случайная стычка с местной шпаной не могла ей заменить того, к чему она привыкла в ДВР.
