Нет решительно никаких серьезных оснований говорить о теоретической несостоятельности или «устарелости» социализма Маркса. Напротив, современный капитализм в общем и целом развивается в строгом соответствии с его прогнозом. Вплоть до положения об относительном и абсолютном обнищании пролетариата. Развертывающийся на наших глазах его глобальный кризис, отсроченный в свое время разрушением СССР, -доказательство тому. Можно только умиляться стенаниями по тому поводу, что власть бросилась спасать прежде всего банковскую систему. Да разве могло быть иначе? Ведь сама суть капитализма и состоит в том, что он превратил деньги в товар, а потому является паразитическим по самой своей природе. В господствующей ныне в мире экономической парадигме финансово-ростовщический капитал превратился в демиурга всего и вся. Он полностью подмял под себя труд, мертвой хваткой держит реальную экономику. Ничего не создавая сам, он присваивает громадные богатства.
Это - солитер, внедрившийся в общественный организм и пожирающий его живую плоть. После того, как был ликвидирован золотой стандарт денежной единицы, для мирового ростовщичества наступил вообще золотой век. Это и привело к ситуации, которая сложилась на мировом рынке: он буквально завален денежной макулатурой. Под этим бумажным Эверестом капитализм и будет в конце концов похоронен.
Сегодня уже ясно каждому сколько-нибудь смыслящему в социальной аналитике человеку: противоречия, которыми обременено современное общество, не могут быть разрешены в рамках доминирующей ныне в мире системы общественных отношений. Поэтому человечество уже сегодня стоит перед жесткой альтернативой: либо сменить форму своей организации, либо уйти в небытие. В этом смысле идеология Маркса является идеологией не только рабочего класса. Одновременно она является и идеологией общечеловеческой. Ибо вполне очевидно, что человеческая цивилизация может сохранить себя только на пути социализма. Иного поистине не дано.
2010 г.
Все наши политики - демократы до кончиков ногтей и корней волос. С видом ученого попугая не устают они повторять афоризм У. Черчилля: демократия - это плохо, но ничего лучшего человечество пока не изобрело. Годами и десятилетиями расхаживая в «верных ленинцах», они так и не удосужились поинтересоваться, почему их кумир с таким презрением отзывался о «буржуазном парламентаризме», противопоставляя ему власть Советов.
Я не поклонник Ленина. Я давнишний принципиальный его противник - и как человека, и как политика, и как теоретика. Однако в интересах истины вынужден признать, что по своей политико-правовой культуре Ленин на целый Эверест выше сегодняшних своих критиков. Почему Ленин так зло высмеивал претензии «буржуазного парламентаризма» на демократию? Да по очень простой причине: будучи, не в пример нынешней «политической элите», человеком компетентным в истории государства и права, Ленин прекрасно понимал, что демократия как принцип власти - анахронизм. Ибо, по точному и строгому смыслу слова, «демократия» - это прямое народовластие. В качестве таковой она еще могла как-то реализовать себя в греческих городах-полисах, где, собственно, и возник сам термин «демократия». В нынешних государствах с их громадными территориями и миллионами населения реализовать этот принцип невозможно.
Любая власть - представительна и, следовательно, не является демократией уже по определению. Это понимал, кстати, не только Ленин. Введенный в политологию и правоведение термин «представительная демократия» -доказательство тому. Ибо «представительная демократия» - это в лучшем случае квазидемократия. Ленин потому и ухватился за Советы, что усмотрел в них форму прямого народовластия.
Сколько аттической соли было истрачено либерал-демократами по поводу «ленинской кухарки». Либерал-демократические остряки верны себе. Они, во-первых, никогда ничего не дочитывают до конца, во-вторых, фатально не способны понять даже то, что прочитывают. Мысль Ленина была истолкована ими в том смысле, что государственная деятельность не требует_ де, согласно Ленину, никакой специальной подготовки. Это, конечно, вздор, ибо у Ленина далее следует: «если ее научить». Так что дешевое остроумие хохмачей из либерал-демократического вертепа, во-первых, бьет мимо цели, во-вторых, этим господам не следовало бы забывать, что в доме висельника не говорят о веревке. Этим я вовсе не хочу сказать, что разрекламированные Лениным Советы стали органами подлинного народовластия. Напротив, они лишний раз подтвердили, что время демократии в ее изначальном, истинном смысле безнадежно прошло. И о демократии могут распространяться сегодня либо невежды, либо политические наперсточники.
