Закончив раздачу слонов, я решил не пороть горячку и отложил переговоры с парламентерами совета Домов на завтра, после чего приступил к подготовке к этому важному мероприятию. У меня были несколько домашних заготовок, но сначала нужно было все обмозговать и отрепетировать.
Вторая встреча «Великого князя эльфов Ингара» и эмиссаров «Совета эльфийских домов» прошла без помпы и не так торжественно как предыдущая. Вопросы безопасности я возложил на банду Люсиэль, а та оторвалась на делегатах совета по полной программе. Амазонки раздели эльфов догола и в поисках оружия проверили все интимные места, какие только есть на теле мужчины. Думаю, что процедура была неприятной, но куда бы они делись с этой подводной лодки? Один княжеский сынок попытался было артачиться, так Люсиэль собственноручно вышвырнула его из замка в голом виде и указала направление движения с помощью пинка под зад. Может быть, в каких-то вопросах амазонка и дает слабину, но лягаться она умеет, самому довелось испытать на своей шкуре ее таланты.
После таможенного досмотра, князь Ингар соизволил принять дорогих гостей в столовой, где мы с Легардом утоляли голод в непринужденной обстановке. Я даже не предложил делегатам заговорщиков сесть, а просто озвучил свой ультиматум, бросая недоеденные куски мяса лежащей у моих ног Энее. Этот дешевый спектакль мы предварительно отрепетировали с Легардом и волчицей, в отместку, за колхозную самодеятельность показанную эльфами на первых переговорах. Даже маленький Тузик внес вклад в общее дело, помочившись на сапоги главы делегации, который трясясь от страха, выслушивал мои требования.
Я по доброте душевной решил не выдвигать эльфам невыполнимых условий и поэтому не потребовал, чтобы они поголовно зарезались, а проявив гуманность, просто разогнал «Совет эльфийских Домов», как террористическую и недемократическую организацию. Так как учувствовавшие в заговоре Дома светлых эльфов вышли у меня из доверия, я наделил диктаторскими полномочиями князя Артаэля — главу «Дом.
Ночной стражи», а его заместителем назначил князя Ларинеля — главу «Дома.
Хранителей корней Нордрассила». Я заявил, что князья дроу учувствовали в заговоре по принуждению, и полностью осознав свои ошибки, поклялись служить «Великому князю эльфов Ингару Геонскому» не за страх, а за совесть. Если Дома светлых эльфов не примут эти условия то дроу совместно с армией малхусов, помогут объяснить несогласным их заблуждения, ну а несогласным со мною покойникам уже все будет по барабану.
После озвучивания ультиматума глава эльфов попытался что-то вякнуть, но Люсиэль взяла придурка за шкирку и вывела из столовой со словами:
— Раньше нужно было договариваться, когда князь был добрым, а сейчас поздно про девственность вспоминать, если побывали в борделе.
Разобравшись с ультиматумом, я еще раз проинструктировал дроу, после чего вернулся в комплекс портала, где решил дожидаться ответа «Совета эльфийских.
Домов».
Согласие эльфов по всем пунктам ультиматума пришло на четвертый день. Я не стал снова разводить бодягу, предоставив решать все вопросы князьям дроу и Легарду, а сам начал готовиться залечь в саркофаг «Странников».
Подготовка к процедуре трансформации заняла еще трое суток пролетевших как одно мгновение. «Долгие проводы — лишние слезы», а мне очень не хотелось оказаться тамадой на собственных поминках, поэтому я простился только с Катей и Арчером, после чего закрылся в помещении аварийного пульта управления комплексом.
Оборудование и защита были переведены в автономный режим работы, и все было готово к моему отбытию в неизвестность. Однако безотчетный страх сковывал тело, и мне с трудом удалось заставить себя подняться в медблок, где располагался саркофаг «Странников». Раздевшись догола, я перекрестился и улегся в мифриловый гроб, ожидавший очередного пациента, Бог знает сколько столетий. После нажатия кнопки «пуск» сработали фиксаторы, приковавшие меня к анатомическому ложу агрегата, и крышка саркофага медленно закрылась. Затем внутрь полилась какая-то жидкость и мне в предплечье вонзилась игла инектора. Боль от укола окончательно добила расшатанные нервы, и я инстинктивно начал вырываться из фиксаторов, но вскоре сознание померкло, и меня окутала темнота. Последнее что мелькнуло в воспаленном мозгу — была фраза:
— Ты конченый идиот Игоряша!!!
Возвращение к жизни происходило долго и мучительно, голова была забита менявшимися, словно в калейдоскопе, неясными образами и обрывками мыслей.
Постепенно сознание очистилось от медикаментозного тумана, и у меня появилась возможность адекватно реагировать на происходящее. Я открыл глаза и осмотрелся, крышка саркофага была открыта, но тело все еще было приковано к ложу захватами, а в ушах монотонно звучал текст самодиагностики саркофага:
— Процедура восстановления объекта полностью закончена. Организм реципиента активен на девяносто шесть процентов. Отклонения от стандартов функционирования в пределах допуска. Объект может покинуть медицинский комплекс.
