И Зина глаз с него не сводит,
А у него другая страсть.
Устав от знойных прерий,
Ковбой вернулся к Мери,
Когда его красотка не ждала.
В окошко постучал он,
И как бы для начала
Спросил он у красотки: как дела?
Как раз спускался вечер,
Она прикрыла плечи,
Два солнышка пылали на щеках.
Ковбой, тебе я рада,
Но понял он по взгляду,
Что солнышко потонет в облаках.
У ковбоя не было отбоя,
Не было отбоя от подруг,
Ведь ковбой был так хорош собою,
Что его любили все вокруг.
Сказал ковбой: О, Мери!
Тебе я слепо верил,
Не вовремя явился, извини.
Прощай, моя красотка,
Забудь мою походку,
И все, что прежде было, зачеркни.
Он выпил пепси-колы
И голосом веселым
Сказал ей – нам с тобой не по пути.
С тех пор он где-то скачет,
А Мери ждет и плачет,
Ведь ей такого парня не найти.
Мы родились вместе с братом
В день один, в час один.
Почему же, непонятно,
Он брюнет, я блондин,
Я близнец, и брат мой тоже,
Так считалось до сих пор.
Друг на друга мы похожи,
Как банан на помидор.
Все мне было маловато,
А ему велико.
Разгадать нам тайну с братом
Было так нелегко.
Я близнец, и брат мой тоже,
Так считалось до сих пор.
Друг на друга мы похожи,
Как банан на помидор.
Мы до правды докопались,
Ясен стал результат.
В дом меня доставил аист.
Был в капусте найден брат.
Там, где пальмы в небо стрелами,
Птицы райские звенят.
Там девчонка загорелая,
Ты с ума свела меня.
Мы с тобой – два разных полюса —
Стылый север, жаркий юг.
О любви я сразу понял все,
Лишь тебя увидел вдруг.
Моя мулатка, мулатка-шоколадка,
Ребенок милый солнца и волны.
Но почему мне так в твоих объятьях сладко
В лучах банановой страны.
Но жизнь моя – капризная лошадка,
Опять в снега, домой меня умчит.
Моя мулатка, ты, как шоколадка,
А шоколад всегда горчит.
На песке следы сливаются
И теряются в волне.
Шоколадная красавица,
Что ты знаешь обо мне?
Ты мне что-то шепчешь ласково
На полночном берегу.
Я навек бы здесь остался бы,
Но без снега не могу.
Господа, подруги, братцы,
Надо срочно разобраться.
В наш народ вселился бес
Под названьем страшным – секс.
Ночью темной и бессонной
Секс придумали масоны,
План составили и вот
Оболванили народ.
Дадим мы сексу бой,
Дадим мы сексу бой,
Нет к сексу никакого интереса,
Но, прочитав журнал
С названием «Плейбой»,
Мы скажем дружно: руки прочь от секса!
И в журналах, и в газетах
Возникает тема эта.
По ночам, а также днем
Вечно думаем о нем.
Словно щупальцами спрута,
Секс сковал нас и опутал.
Буржуазный этот секс
Будит пагубный рефлекс.
Дадим мы сексу бой,
Дадим мы сексу бой,
Нет к сексу никакого интереса,
Но, прочитав журнал
С названием «Плейбой»,
Мы скажем дружно: руки прочь от секса!
Господа, подруги, братцы,
Если честно вам признаться,
Секс – не главный в жизни враг,
Это знает и дурак.
Пусть ругают секс злодеи,
С каждым годом молодея,
Он шагает по стране,
Повышается в цене.
Повстречались как-то раз
Эскимос и папуас.
И сказал папуас эскимосу:
«Я не знаю, как у вас,
А у нас зима сейчас —
До плюс тридцать доходят морозы».
Па-папуа-папуасы
Снег не видели ни разу,
Па-папуа-папуасы
В жарком климате живут.
Эскимосы, эскимосы,
Эскимо едят в морозы,
И за это эскимосов
Эскимосами зовут.
Удивился эскимос,
У него в глазах вопрос,
И сказал эскимос папуасу:
«Началась у нас вчера
Настоящая жара —
Минус тридцать и хочется квасу».
Па-папуа-папуасы
Снег не видели ни разу,
Па-папуа-папуасы
В жарком климате живут.
Эскимосы, эскимосы,
Эскимо едят в морозы,
И за это эскимосов
Эскимосами зовут.
Говорят, что до сих пор
Не окончен этот спор,
Только он ничего не меняет.
Объясняет эскимос
Папуасу про мороз.
Папуас про жару объясняет.
Как-то в день весенний
Встретила я Беню.
Беня шел со скрипочкой в руках.
В небе в три накала
Солнышко сверкало,
Отражаясь в Бениных очках.
Встретились два взгляда,
Объяснять не надо,
Он меня позвал, конечно, в загс.
Но не может Беня
Без благословенья,
Тут и начинается рассказ.
У Бениной мамы
Характер упрямый,
Не дай Бог такую свекровь!
Мне Бенина мама
Устроила драму,
Сгубила большую любовь!
Мама сразу в слезы:
Вот у нашей Розы,
Там невестка – есть на что взглянуть.
Что мы людям скажем?
Ведь у этой даже
Не на чем бюстгальтер застегнуть!
От расстройства Беня
Был чернее тени,
Мамка изгибала бровь дугой.
Вы поймите сами:
В дом к Бениной маме
Больше я, конечно, ни ногой!..
О, Эдуард, у вас такое имя,
Оно к лицу любому королю.
Мне хорошо бывало и с другими,
Но только вас я истинно люблю.
Вы принесли в постель мне утром кофе,
И я была царицей из цариц.
Смотрела я на ваш прекрасный профиль
И не могла припомнить лучше лиц.
Я не могу открыть всех карт,
Я не хочу поведать тайну.
О, Эдуард, мой Эдуард!
Но наша встреча не случайна.
Вы мой каприз, вы мой азарт,
Вином любви наполним чаши.
О, Эдуард, мой Эдуард,
Судьба – названье встречи нашей.
И ничего, что ростом вы не вышли,
И на лице загар не ночевал.
Не ваш карман оттягивают тыщи,
Вы для меня – прекрасный идеал.
И вам в ответ на эти анемоны,
Когда в окно стучит, увы, не март,
Пожарю я яичницу с беконом,
Я вашу слабость знаю, Эдуард!
