Встав, Джаред одарил меня дерзкой улыбкой, от которой мой палец соскользнул с фигурки.
– Никогда. Однако мы сделаем перерыв в игре.
– Другими словами, ты сдаешься.
Его глаза сверкнули из-под растрепанных локонов.
– Другими словами, я приглашаю тебя на ужин, – он протянул руку.
– Ужин? – Я расправила плечи и бросила взгляд в сторону окон, которые сияли сапфировым светом. Когда успел наступить вечер?
– Ну ты знаешь, ту часть дня, когда мы едим и пьем? – сказал Джаред, опуская руку.
Я наблюдала, как его ладонь легла на штанину, пораженная, что он вообще протянул ее мне. С другой стороны, как только я вошла в кабинет, Джаред был на удивление… мил со мной. Как будто он переживал, что я могу сломаться или испугаться, если он будет говорить слишком грубо.
– Никогда не слышала, – сказала я, поднимаясь. – Но я заинтригована. Расскажешь подробнее?
Напряжение в его теле ослабло.
– Некоторые люди считают это лучшей частью всего дня.
– Да ладно? – спросила я, продолжая изображать простофилю.
И тут меня осенило, что я не потеряла ни одного перышка из-за лжи. Та же мысль, должно быть, промелькнула в голове Джареда, потому что он осмотрел пол.
– Видимо, у ишимов есть чувство юмора, – сказала я. – Кто бы мог подумать?
– Ишимы?
У меня пересохло во рту, прежде чем я вспомнила, что Джаред, несмотря на ненависть к нашему виду, разделял нашу кровь. Так что я не нарушала никаких правил, рассказывая ему об ангелах.
– Твой двоюродный брат не рассказывал тебе об ишимах?
– Он всегда был довольно… неучтив.
Я не хотела думать об Ашере, потому что это напоминало о моей мрачной судьбе.
– Это наименьший из его недостатков.
Джаред взялся за дверную ручку, но не стал нажимать на нее.
– Наименьший из его недостатков? А я думал, что родственные души безупречны.
– Вероятно, в глазах их родственных душ.
Я уставилась на волосы на груди, выбивающиеся из расстегнутой рубашки Джареда. Этот мужчина был наполовину медведем, полной противоположностью Ашеру с гладкой золотистой кожей. Хоть это было и нелепо, я вдруг начала больше ценить грешника.
– Ты любишь фуа-гра?
Мой взгляд скользнул вверх по его изящной, но крепкой шее, прежде чем остановиться на ярких, как полночь, глазах.
– Не знаю. Я никогда не пробовала.
– Тогда давай пойдем и узнаем, – Джаред кивнул головой в сторону двери, которую успел открыть, пока я сравнивала его торс с торсом Ашера.
– Кто победил? – спросила Мюриэль, спускаясь по широкой лестнице с пустой бутылкой из-под спиртного в руке.
Я предположила, что женщина освежила поднос с дижестивами в комнате Джареда. Потому что она не производила впечатление человека, который выпил бы бутылку алкоголя и выставил это напоказ.
Мюриэль переоделась в черный наряд, похожий на кимоно, который подчеркивал ее тонкую талию, и нанесла по обыкновению толстый слой туши и ярко-красной помады.
Джаред закатал рукава своей рубашки.
– Разве я когда-нибудь позволил бы женщине проиграть? Ты хорошо воспитала меня, Мими.
Она просияла, в то время как я недоуменно посмотрела на него. И несколько его самых сомнительных ходов всплыли у меня в голове.
– Ты поддавался?
По какой-то причине меня захлестнуло разочарование и настроение испортилось. Победа для меня не имела значения, поэтому моя реакция показалась совершенно абсурдной.
Пальцы Джареда соскользнули с пуговицы на манжете, которую он пытался расстегнуть.
– Я просто пытался сохранить лицо перед Мими и Люком.
Я предположила, что Люк был охранником, стоявшим рядом со столовой.
– Не могу допустить, чтобы домашние узнали о моих ужасных навыках игры в шахматы, – продолжил он. – Они потеряют ко мне всякое уважение.
Я закатила глаза.
– А теперь ты просто драматизируешь.
Легкая улыбка тронула уголки его губ. И чувство обиды сменилось каким-то другим странным волнением.
– Ужин подадут, как только будете готовы, – сказала Мюриэль, отвлекая мое внимание от Джареда.
– Спасибо, Мими, но мы собираемся поужинать сегодня вне дома.
Вспомнив запеченную баранью голень, которую женщина готовила, пока я вырезала печенье из рассыпчатого теста, я сказала:
– Но Мюриэль подготовила настоящий пир.
– Который Амир будет только рад съесть, – сказала она.
Я рассмотрела ее лицо на предмет разочарования, но не увидела его. Мюриэль казалась искренне счастливой, что мы с Джаредом выйдем в свет, из-за чего у меня появилось множество вопросов.
– Ты можешь позвонить Сибилле и сказать ей, что мы уже в пути? – спросил Джаред Мюриэль, прежде чем обратиться ко мне: – У тебя есть с собой пальто, Перышко?
Я покачала головой. Я испугалась, что он предложит мне позаимствовать что-нибудь из его странного гардероба и в итоге я получу кусок кожи, инкрустированный серебряными шипами и овеянный ароматом другой женщины. Поэтому я поспешила вставить:
– Но мне оно не нужно.
– Сегодня тепло, – помогла Мюриэль. – С вами обоими все будет хорошо.
