— К черту! — профессор комкает в руках бумажку и кидает ее на пол. Он достает бутылку и свою знаменитую деревянную рюмку. — Я помню наш первый филиал, я помню нашу первую ректификационную трубу, я помню вкус нашего первого дистиллята, на яблочной браге с местного рынка. Тот самый яблочный дистиллят. Его аромат и тот звон в голове, который он оставлял по утру. Я все это прекрасно помню.
Старичок с лысиной налил из бутылки в рюмку до краев, но не стал пить. Он поставил рюмку на постамент и продолжил речь.
— Я помню на вкус наш первый рукотворный портвейн, перцовый состав, все пять его видов. Я даже вкус нашего «Боярышника» помню, словно только что его попробовал. — виновато опускает взгляд и словно извиняясь добавляет: — Но я забыл, что алкоголь это не цель. Это скорее средство. Средство чтобы немного забыться, расслабиться или просто отдохнуть и если им злоупотребить, то…
Оратор взял в руки рюмку и повертел ее, заглядывая в нее. Тут на его лице появилась горькая усмешка.
— Вы столько раз повторяли за мной «Истина на дне»! Но на дне только одна истина. — Проф опрокидывает в себя рюмку и даже не занюхав продолжает говорить. — Видя перед собой дно у вас на самом деле только одна неопровержимая истина. Рюмка пуста. Ни правды, ни ответов там никогда не будет. Алкоголь это не выход. Это вход в большую яму под названием запой. И то, как вы себя поведете на краю — отразится на том, как трудно будет потом из нее выйти.
Профессор ставит на переднем крае трибуны рюмку так, чтобы ее было всем видно. Рюмка стоит вверх дном.
— Все что имеет начало — должно иметь и конец! Мой запой заканчивается здесь и сейчас! — оратор оставляет бутылку и рюмку на трибуне, делая два шага назад. — Рано или поздно, вы меня поймете…
Проф спускается по ступенькам и идет к выходу в полной тишине. Как только его рука касается двери, то…
БАБАХ!
Взрыв сметает профессора ударная волна. В зал вваливаются воины с короткими мечами. В зале начинается настоящая бойня. Воины вырезают всех, до кого только могут дотянуться. Опешившие и не ожидавшие такого поворота члены ордена даже не успели толком оказать сопротивления, а вокруг уже творится полный разгром. Парочка сориентировавшихся воинов попыталась оказать сопротивление, но их просто задавили числом.
Пол в зале залит кровью, а местами можно было обнаружить ошметки внутренностей и частей тел. В дверях появляется Денис в полном доспехе. Он оглядывается и с усмешкой проходит в зал.
— В зале не прибираться. Оставить все как есть. На стене написать кровью «Такой демонстрации силы вам достаточно?».
— Повелитель, — преклоняет колено один из воинов. — На нас наложат штрафы за убийство в черте города…
— Я знаю, — усмехается Денис. — Гильдия возьмет на себя эти расходы.
За столом, по обычаю сидела вся команда. Инквизитор, как обычно, зачитывал список дел, Саша пытался его слушать, енот ковырялся ножиком в коготках, а Гриша что-то ел. Только лысый профессор сидел и безразлично смотрел в окно. Это вызывало косые взгляды сопартийцев, но вопроса так никто и не задал.
— И так, мы подходим к самому главному! Нам нужно одеть нашего хиллера, бафера и просто алкоголика! — Роман поднял взгляд на старика и обнаружил на его лице кислую мину. — Проф? Ты чего заболел?
— Ты еще не понял? — Сева не отрываясь от своего занятия усмехнулся и сообщил странную новость: — Он трезвый!
Рома с подозрением всмотрелся в лицо профессора и выпучил глаза, что на лице феи смотрелось довольно забавно:
— А ведь действительно трезвый!
— Ну, трезвый, — пожал плечами он. — И что с того? Мне теперь и трезвым побыть нельзя?
— Можно, даже нужно, просто… — фея-инквизитор немного растерялся и откинулся на стул. — Мы так давно наблюдали тебя пьяным, что стали забывать как ты выглядишь трезвым.
Старичок молча пожал плечами и коротко ответил:
— Вот так я выгляжу трезвым.
— А ты надолго, таким будешь? — поинтересовался Александр.
— Да. До конца турнира — точно.
Команда переглянулась. Даже все время что-то жующий Гриша вдруг перестал жевать и взглянул на старичка.
— А как же орден? — заинтересовался Роман.
— Я ушел из ордена. — спокойно ответил старый хирург и упер взгляд в столешницу, словно он мог его там спрятать.
— В смысле ушел? Вот так вот взял и просто ушел? — не унимался инквизитор.
— Вот так взял и ушел. — так же ровно ответил Проф.
— И тебя взяли и просто так отпустили?
— А зачем им меня останавливать? Да и не до меня там. У ордена война с каким-то кланом.
— Война? — Рома встрепенулся еще сильнее. — Какая война?
— Я не вникал, но на орден напал какой-то клан и хочет денег. Якобы мы своими действиями их оскорбили и нанесли ущерб. — профессор пожал плечами и со вздохом признался: — Я действительно не в курсе.
— Погоди, а с чего вдруг ты орден то бросил? — спросил Савелий. — Орден то чем провинился?
— Ну, я же… не пью…
