– Почему эта девочка… как вы сказали, Даша? Отчего она решила, что они хотят меня именно убить?
– Вы не держите в домашнем сейфе столько денег, чтобы затевать ради них серьезную и масштабную операцию, – это раз, – сказал Илюшин. – В группе вашего бывшего мужа двое людей, владеющих холодным и огнестрельным оружием, – это два. И Сотников считает вас виноватой в своей разрушенной судьбе – это три.
Повисло молчание.
– Простите, что с пунктом три? – переспросила Вероника. Она как будто впала в странную рассеянность после того как Макар показал ей фото молодого Егора.
– Сотников рассказывал Белоусовой, что вы посадили его и отняли его бизнес.
– А-а-а… Да-да, бизнес.
Она выдвинула ящик, достала очки в дымчатой оправе. Надела и взглянула на сыщиков так, словно только что их увидела.
– Я очень ценю, что вы пришли ко мне и предупредили меня. Мне бы хотелось компенсировать ваши затраты…
– Ни в коем случае, – быстро сказал Илюшин.
– Это наш долг, – пробасил Сергей. Фраза звучала на редкость по-идиотски и бесила Макара. За это Бабкин ее и любил.
– Собственно, мы не совсем бескорыстны. – Илюшин бросил на напарника короткий взгляд. – Мы хотим найти Егора Сотникова. Он опасен для всех, включая и нас. Они были в моей квартире. И, честно говоря, за безопасность девушки я бы тоже не поручился до тех пор, пока он остается на свободе. Если вы можете что-то рассказать…
– Девушка, – кивнула Овчинникова. – Я как раз о ней хотела с вами поговорить. Где она сейчас? Мне хочется ей как-то помочь. Она ведь не стала участвовать в замысле Егора, а это о многом говорит, правда?
Бабкин заметил, что все, не касающееся Белоусовой, Овчинникова как будто пропустила мимо ушей.
– Я обсужу это с Дашей, – пообещал Илюшин. – И все-таки, давайте вернемся к вашему бывшему мужу.
Она пожала плечами.
– Мне нечего вам сказать. После того как он вышел из колонии, я видела его единственный раз. Он явился под окна моего дома. Не знаю, как ему удалось миновать охрану поселка – кажется, его подвезли. Наверное, Егор кого-то качественно заболтал. Он довольно обаятельный человек, когда это требуется. Так вот, он кричал под окнами, чтобы я вышла и поговорила с ним как мужчина с мужчиной… – Она едва заметно усмехнулась. – У него был ко мне весомый список претензий. И еще, конечно, он хотел поделить бизнес пополам. Это ведь Егор основал нашу фирму, вы знаете?
Ее хладнокровие ставило Сергея в тупик.
– И что вы сделали? – спросил Илюшин.
Она замялась, но все-таки ответила:
– Я вызвала охрану. Они его выставили.
Бабкин назвал бы ее ледяной стервой, если бы не вызывающее противоречие между ее словами и обликом. Черт возьми, она выглядела
– Вы действительно отняли у него бизнес? – не удержался Сергей и ощутил идущее от Илюшина неодобрение – словно ледяной ветер дунул. Какая им разница, что было в прошлом у этих людей?
– Отняла, – равнодушно подтвердила Овчинникова. – Давайте вернемся к этой девочке, Даше. Вы можете нас познакомить?
– Если она согласится, – после небольшой паузы сказал Макар.
Сергею идея знакомства Овчинниковой и Даши крайне не понравилась. Но Илюшин пообещал передать девушке предложение Вероники и сдержал слово.
– Познакомиться? – спросила Даша, широко раскрыв глаза. – А зачем?
– Не знаю, – сказал Макар. – Мне кажется, она тебе благодарна и хочет это как-то выразить. Ты могла остаться с Сотниковым, но решила сбежать.
– Ну, я же в полицию не пошла, – пробормотала девушка.
Бабкин с удивлением увидел, что щеки ее заливает краска.
– Если не хочешь… – начал он.
Но Даша его перебила:
– Хочу! Познакомьте нас, пожалуйста!
«Да ей просто любопытно, – подумал Сергей. – Хочет увидеть, кого планировал убить Сотников».
По настоянию Овчинниковой они привезли Дашу в коттедж. Именно его схему рисовал для нее на листке Егор, объясняя, какие ворота она должна открыть.
Сергею и самому было интересно. Хоть он и полагал, что везти сюда Белоусову – плохая идея.
– У нас еще и стрелок где-то ходит под боком, – выговаривал он Макару. – Прикинь, сидит Петя Ревякин где-нибудь на березе и наблюдает за участком Овчинниковой. А тут мы своими руками привозим девчонку прямо под пулю. Не молодцы ли!
– А ты здесь на что? – невозмутимо спросил Илюшин. – Обеспечь безопасность.
Бабкин от этих слов чуть сам на дерево не полез.
Даша всю дорогу к Овчинниковой молчала. Размышляла, что будет делать, если эта женщина с размаху даст ей оплеуху.
На ее месте Даша так и поступила бы. Вот перед тобой человек, который знал, что тебя приговорили к смерти, но никому не сказал об этом, а попросту трусливо удрал. В полицию не пошел, анонимного звонка не сделал.
Не благодарить следует такого человека, а отлупцевать его по роже. Не отсиживайся под корягой, когда людей убивают, не прячься за собачками!
Но не поехать Даша не могла. Не так много хорошего она числила за собой, чтобы отказаться взглянуть на женщину, которая из-за нее осталась жива.
Все-таки из-за нее, как ни крути!
