- Этим лекарем, - закатывая рукава и демонстрируя шрамы на руках, - был я, - сказал старик и улыбнулся.
Олла, оторопев, смотрела на него, затем повернулась к Виаму и прошептала:
- Слушай, это какая-то жесть. По-моему, пора сваливать.
- Спасибо, но нам пора. Надо срочно бабушку к прабабушке отвести, знаете ли, - ляпнула она первое, что пришло ей в голову, обратившись к продавцу, и попятилась, прихватив Виама за руку.
- Идём, - одернула Олла парня. - У этого старпёра, похоже, не все дома, хотя, после увиденного, мне кажется, что и у меня тоже. Маньяк какой-то. Того и гляди, сглазит или какую-нибудь порчу наведёт, а может дробовик достанет и начнет палить во все стороны почем зря.
Они шли и Виам чувствовал, как Олла напугана. Он хотел было что-нибудь сказать, дабы отвлечь от дурных мыслей и успокоить её, но, вдруг увидел, что она встала, как вкопанная, с глазами, чуть-чуть не выскочившими из орбит - перед ними снова был тот самый лоток и тот самый старик.
Ребята свернули в сторону, затем в другую, но, куда бы ни лежал их путь, всюду за прилавками был этот самый человек. Остановившись и озираясь, они увидели, как все торговцы бросили свои занятия и, медленно повернув головы, посмотрели на них. Выражения их лиц были необосновано жизнерадостны - на каждом отражалась неестественная широкая улыбка. Это выглядело пугающе.
Стало понятно, что здесь некуда идти и неприятного разговора не избежать.
- Я всегда рад, - вдруг, сказал старик молодым голосом, - новым встречам и людям.
Виам и Олла словно очнулись ото сна и замотали головами из стороны в сторону, но ни одного, даже приблизительно похожего на старьевщика человека, уже нигде не было - все остальные, как ни в чем не бывало, занимались своими делами.
- И, конечно, - продолжал он, глядя на парня, - попытки проникновения в Верхний Предел предпринимаются, но такие люди в Буфере, у этого развала - впервые.
Глаза ребят сами собой опустились на фотографии, разбросанные на лотке. Каждый из них мыслил о своём.
«Буферная зона. Ну, конечно. Пограничное пространство между пределами», - подумал Виам и посмотрел на Оллу.
- Эти снимки... это те, кто пытался пройти? - догадалась девушка, вновь начав перебирать их.
- И да, и нет, - сказал старик разными голосами.
- Нет? - удивился Виам. - А сколько их?
- Множество. И, надо сказать, среди них были достойные. Однако всё, что от них осталось...
- Нет, вы не поняли, - перебил пожилого человека парень. - В количественном соотношении. Если каждую фотографию рассматривать отдельно, сколько в ваших ответах будет «нет»?
- Два, - с прищуром ответил барахольщик, поразившись вопросу.
Виам принялся активно перебирать снимки, сбрасывая их, один за другим, на землю. Он явно искал что-то конкретное. Олла удивленно посмотрела на него, а затем, взяв в руки карточки, поинтересовалась:
- Что мы ищем?
- Нас, - не отвлекаясь, сообщил парень. - Судя по штативу, все фотографии сделаны Post Mortem. Во всяком случае, те, что я уже видел. Но моя карточка - другая. Если я прав, она-то и есть один из тех двух «нет».
Олла ничего не поняла, но тоже активно зашуршала фотокарточками.
- Нашла... - сказала она и показала Виаму снимок - точную копию того, что уже у неё имелся, только без штатива за своей спиной.
Они быстро просмотрели и сбросили вниз оставшиеся снимки, отыскав второе фото молодого человека. Как он и предполагал, на нём было приспособления для удержания тела в вертикальном положении.
- Для каждого из вас у меня есть подарок, - сообщил барахольщик. - Он твёрже камня и дороже денег, но для многих из тех, кого мне довелось повстречать, он ничего не стоил. Он может исцелить или глубоко ранить. Его нельзя увидеть, но можно взять; нельзя почувствовать, но можно дать. И если за ним не следить, можно накликать беду, а отпустив - его уже не воротить. Этим подарком является слово. Моё. Каждое.
Тот, кто контролирует настоящее, создает будущее, - глядя на фотографии, пояснял старик. - И, если в настоящем у каждой переменной два значения - «true or false», значит, пока не сделан выбор, возможны оба варианта, как две сущности одного целого. Как «да» и «нет», как Инь и Ян, как я и... Я - Хранитель Буфера, неуместных артефактов и утраченных файлов, маршрутизатор входов и выходов, начала и конца, - поворачивая голову набок, закончил говорить лоточник двумя голосами одновременно.
Теперь ребятам стало понятно, почему голоса менялись - перед ними стояла двуликая фигура, с лицами, обращенными в противоположные стороны. Одно из них, на затылке, было юным и смотрело вправо, другое - старческое, было обращено влево.
- Янус... - прошептала Олла и спряталась за Виамом, сделавшим, от неожиданности, шаг назад.
Ребята, в ошеломлении, остолбенели и не сводили глаз со старьевщика.
