«Ты - Индигенат... и должен быть готов. Готов ко всему! Видеть, слышать, действовать и устранять любую преграду, любую, даже если это ты сам ...если ты ещё жив, значит всё сделано правильно. ...цель оправдывает любые средства. Любые... И запомни: если не ты, то - тебя», - в его голове крутились эти фразы, перебиваемые анаграммическим уравнением: «Ремо Дежим = Демо Режим».
- Если не я, то меня, - заявил Виам, повторив мысль вслух, и резко вскинул руку, направив её на пассажира.
Сложив пальцы так, словно он держит оружие, парень только успел представить, что стреляет, как тут же почувствовал отдачу - кисть крепко сжимала рукоятку пистолета, из дула которого потянулся дым.
От случившегося, у Виама моментально сперло дыхание и пересохло во рту, а сердце пропустило несколько ударов, прежде, чем запульсировать где-то в районе правого виска - пассажир никак не отреагировал на выстрел. Он спокойно снял очки, дотронулся пальцами до глаза, словно доставая оттуда соринку, отклонился и осмотрел пулевое отверстие, находившееся в подголовнике кресла, на котором он сидел. Затем, он взглянул на парня и сказал:
- Хм, цель оправдывает любые средства. Ты готов. Удачи.
«О, Боже...» - только успел подумать парень, как оказался на полу - состав резко затормозил. Его внезапная остановка, сопровождаемая скрипом металла, хрустом пластика, криками и падениями людей, швырнула по инерции тело молодого человека вперед и ударила о стену, выбив из легких воздух.
Виам с трудом приподнялся и прислонился спиной к своему сидению. Он смотрел на место, где всё это время сидел его собеседник - «Дежим... Демо. Всё, всё, что было сказано здесь... всё, что было сделано... это была моя проекция. Это был я сам. Значит, моё подсознание - это гид в Реальность».
Где-то в глубине секции, за спиной парня, чертыхались и стонали люди. В салоне включились аварийные светильники, запахло сваркой, а откуда-то сверху с помехами звучал мужской голос, призывающий сохранять спокойствие.
Всё происходящее было ожидаемо и соответственно обстановке, но в этой строгой логической последовательности был какой-то инородный элемент, присутствие которого Виам физически ощущал.
Он занервничал. Занервничал потому, что не верил в случайность этой остановки. Она просто не укладывалась в представление об этом мире и казалась искусственной, какой-то рукотворной.
Виам встал на ноги и посмотрел в обе стороны секции. Увиденное им доказало обоснованность его опасений - к нему двигался Фискал.
Решение атаковать было принято интуитивно. Быстро развернувшись, он подпрыгнул и, опершись на кресло, словно гимнаст на снаряд, ударил противника ногой в область головы. Удар был блокирован, нога поймана, после чего Фискал просто швырнул парня на пол. Быстро вскочив на ноги, Виам вступил в рукопашный бой.
Он не задумывался о том, как ему двигаться. Казалось, что он вообще не мыслит и не участвует в схватке, наблюдая её со стороны. Парень просто представлял, какое действие ему хотелось бы исполнить, а тело само отвечало, воплощая задуманное, как реагировала игровая консоль на команды геймпада.
Ему удавались эффективные комбинации и блоки, он полностью контролировал дистанцию и ритм боя. Никаких лишних ходов, никаких холостых приемов. Каждое движение преследовало единственную цель - нанести урон, обеспечив победу.
Удар, ещё удар, корпус, голова, один, один, два, прямой в челюсть, стремительный фронт-кик в грудь и Фискал, разбив собой стеклянную перегородку, вылетел в соседнюю секцию.
Виам, не давая ему опомниться и подняться на ноги, сходу пробил плотный, короткий боковой в голову, окончательно нокаутировав противника.
«Победа!» - мгновение ликовало что-то в груди, пока не прервалось глухим выкриком - «Чёрт!» и неприятным выгибанием тела, словно за воротник ему бросили кубик льда - едва подняв глаза, парень увидел отряд Фискала.
Мгновенно оценив обстановку и сориентировавшись при виде нескольких вооруженных людей, Виам вступил с ними в бой без разговоров и выяснения деталей. Он вдруг почувствовал себя тем, кто всегда ко всему готов и предпочитает сначала стрелять, а потом задавать вопросы.
Движения его были молниеносны. Техника отточена до эталонной. Серии выверенных, хлестких ударов десятками килограммов сыпались на соперников, заставляя обе стороны комбинировать атакующие действия с оборонительными. Никто не хотел уступать в этом противостоянии инстинкта самосохранения с инстинктом убийцы. Адреналин, кровь, ярость, боль, воля, на пределе - всё! Выстрел, ещё, ещё и... Победа или смерть!
Виам стоял на одном колене возле тел поверженных соперников и тяжело дышал. Кисти его рук и лицо были окровавлены, а одежда потрепана и испачкана.
Одетые в одинаковую темную форму люди неподвижно лежали на полу. Оставшиеся пассажиры спешно старались покинуть секцию состава.
- Спасибо. Спасибо. Ты спас мне жизнь, - неуверенным бормотанием обратился к нему кто-то, сидевший на полу за перегородкой.
Парень поднялся и посмотрел на этого человека.
- Я спасал не тебя, - ответил Виам и направил на него пистолет.
