Всем было понятно, что ни с чем подобным они никогда не сталкивались. Код, язык и символы, в приведенных дата-блоках, не несли в себе никакой смысловой нагрузки. И сейчас, для всех присутствующих, их изучение было подобно просмотру учебника по высшей математике в детском саду, в попытке отыскать в нем хотя бы картинки.
— Центральная, дешифратор. Что-нибудь похожее есть? — не унимался Поверенный Снорован.
— Совпадений не обнаружено. Вероятно, язык иного порядка или не относящейся к группе известных.
— Центральная. Открыть все татуировки и сравнить данные, — отдал приказ Поверенный Барбеллум.
— Обнаружены несовпадения. У каждого из объектов имеются уникальные символы в мета-данных.
— Замечательно. Вывести на экран, — обрадовавшись хоть какой-то находке, сказал Директор Инитрам.
На панели отобразились цифра «7», буква «А» и цифра «3», рядом с которыми располагалось изображение ромба.
На основании полученных данных, можно было сделать вывод, что объекты всё-таки отличаются. В остальном, эта находка казалась совершенно бесполезной. Бесполезной для всех, кроме Малкса — он был поражен.
Собравшиеся в помещении люди увлеченно наблюдали за событиями, как вдруг, внезапно, громко вскрикнул биоэксперт, стоявший вплотную к одному из тел — Объект № 1 резко схватил его за руку, заставив того отскочить и прижаться к стене.
— Итак, коллеги, напомню: Системой была зафиксирована одна ошибка код-10 — несанкционированное вторжение, что, по идее, подразумевает лишь один исходный файл. При этом, перед нами находятся три идентичных объекта, которые, очевидно, являются копиями этого исходника. Плюс ошибка код-6 — убийства, совершенные при загадочных обстоятельствах. Настолько загадочных, что Система о них даже не доложила. У кого-нибудь есть предположения, версии, догадки? — нарушил общее молчание Поверенный Барбеллум.
— Одна ошибка, три тела… может быть, это программный сбой?
— Нет, тогда был бы отчет о сбое.
— Да, точно такой же отчет, как должен быть об ошибке код-6, но Система проигнорировала убийства. Это же нонсенс!
— Центральная, отправь запрос в сектор урБАН на предмет новых локализаций. Надо повторно изучить рапорт Фискал Бюро.
— Согласен. И провести дополнительные экспертизы тел, — наперебой заговорили члены Комитета.
— Вывод один, коллеги, и он неоспорим, — наконец, вмешался биоэксперт Пиртэкс, — несмотря на то, что существуют различия в достоинствах маркировки Объектов, эти трое, как отдельные и самостоятельные особи — являются копиями одного и того же организма. Другими словами, если оставить в стороне действия Фискала, и де юре, и де факто, — сказал он, глядя на второе и третье тела с огнестрельными ранениями, — это самоубийство.
— Ах-хах, что? Вы, простите, в своем уме? — спросил Поверенный Барбеллум, даже не изучив данные экспертизы. — По-вашему, это суицид несколькими выстрелами, первый из которых попал сзади в плечо, другой, по касательной, — в ягодицу, и ещё два — в грудь…
— Сбавь обороты, Димирит, — попытался успокоить его Алексифер Малкс.
— Сбавить обороты? Да я просто желаю узнать, как часто у нас совершают самоубийства выстрелом в задницу?
— Я же просто рассуждаю, — робко парировал Пиртэкс. — Тем более, в Объект № 3 сзади стрелял Фискал.
— Да мы только и делаем, что просто рассуждаем! Нам не нужны… — Димирит уже собирался добавить что-то язвительное о не полном профессиональном соответствии собеседника, хотя сейчас никто не справлялся со своими обязанностями лучше этого потерянного биоэксперта, как его остановило обращение Поверенного Алокина Снорована:
— А ведь он прав. Тогда становится понятным, почему нам ничего не было известно об ошибке код-6, - сказал он, глядя на Директора. — В реальности убить можно только своей энергией, материализованной из Эфира в виде оружия. Но совершать эту ошибку бессмысленно, так как Система моментально идентифицирует нарушителя со всеми вытекающими последствиями. В данном же случае, произошедшее, технически, является самоубийством, так как все тела — копии, и числятся в Системе, как один объект. Получается, виновник и жертва — это одно и то же лицо. Раз ни того, ни другого нет, то нет и состава преступления, а, следовательно, и отчета.
— Это интересно, — негромко сказала Гелертер Д’Арк, до этого не принимавшая никакого участия в дискуссии, но её услышал каждый. Потом она пробормотала, — Семёрка и тройка, тройка и семерка… тройка, семёрка… туз.
Она не нуждалась в представлении никому из собравшихся, и её присутствие на совещании не вызывало ни у кого вопросов по одной простой причине — почти все из находящихся здесь людей когда-то учились у неё в Небесной Академии.
— Ты что-то хочешь сказать, Валенти? — повернулся к ней Поверенный Аланат Инитрам.
— Я уже сказала. Тройка, семерка, туз, — ответила она.
— Эм… так. Это что-то значит? — уточнил он.
