– Возьми. – Пол протянул мне бумажный стаканчик с пуншем. – За твой день рождения! И за то, чтобы будущий год был для тебя лучше.
Мы чокнулись и выпили.
– Перси, не хотелось бы усложнять тебе жизнь, – продолжал он, – но хочу кое о чем у тебя спросить…
– Это вы про что?
– Про девчонок.
– Не понял, о чем вы? – Я нахмурился.
– О твоей маме. Я собираюсь сделать ей предложение.
Я чуть весь свой пунш не разлил!
– Вы что, собираетесь пожениться? Вы с ней?!
– Ну, в общем, ход мыслей примерно такой… А что? Ты против?
– Вы у меня, типа, разрешения спрашиваете?
Пол поскреб бороду.
– Не знаю, разрешение там или нет, но она все-таки твоя мать. К тому же ты много успел пережить в жизни. Поэтому, мне кажется, будет правильно, если мы с тобой сначала обмозгуем этот вопрос как мужчина с мужчиной.
– Как мужчина с мужчиной… – повторил я.
Странно это прозвучало. Я подумал о Поле и маме, о том, как она всегда радуется и улыбается, когда он приходит. И о том, как он старался, чтобы меня взяли в его школу. Так что я даже не удивился, когда вдруг услыхал собственный голос:
– Если как мужчина с мужчиной, то я считаю это отличной мыслью. Голосую за.
Вот тогда Пол широко улыбнулся.
– За тебя, Перси! – Он поднял свой бумажный стаканчик. – А теперь пошли к гостям.
Только я набрал в грудь побольше воздуха, чтобы задуть разом все свечи на торте, как зазвонил дверной звонок.
Мама нахмурилась и недоуменно спросила:
– Кто б это мог быть?
Странно, что звонили прямо к нам в квартиру, так как в доме был швейцар и он не предупредил нас о посетителе. Мама отворила дверь и ахнула.
Пришел мой папа! Как всегда, шорты-бермуды, гавайская рубаха и сандалии от Биркенштока. Его обычный наряд. Черная борода аккуратно подстрижена, сине-зеленые глаза сияют, а на шляпе вышиты червяки, которые приманивают рыбу, и крупная надпись: «Удачной рыбалки с Нептуном».
– Посейд… – ахнула мама и тут же оборвала себя. Она покраснела прямо до самых волос. – Э-э, здравствуйте.
– Привет, Салли, – поздоровался он. – Ты, как всегда, неотразима. Не пригласишь?
Мама издала какой-то странный писк, одновременно похожий на «да, входите» и на «ой, спасите». Посейдон истолковал этот писк в благоприятном для себя смысле и вошел в комнату, где мы сидели.
Пол глядел то на меня, то на маму, пытаясь понять, что происходит, потом сделал шаг вперед и произнес:
– Добрый день, меня зовут Пол Блофис.
Посейдон поднял бровь, и они обменялись рукопожатием.
– Бло… как? Бло-фиш?[23]
– Нет-нет. Блофис.
– А, понимаю. Извините. Почему-то подумал о рыбе. А меня Посейдон.
– Посейдон? Какое любопытное имя.
– Да? Благодарю. Мне оно тоже очень нравится. Меня, бывало, называли и по-другому, но я предпочитаю зваться Посейдоном.
– Надо же! Так звали бога морей.
– Вот именно. Очень похоже.
– Ну ладно, – вмешалась мама. – Мы очень рады, что вы к нам заглянули. Пол, познакомьтесь, это отец Перси.
– А-а… очень приятно. – Но по виду Пола совсем было не похоже, что ему хоть сколько-нибудь приятно. – Понимаю.
– Привет, мой мальчик. – Посейдон улыбнулся мне. – И Тайсон тут. Привет, сынок!
Тайсон через всю комнату бросился отцу на шею и принялся с такой силой его обнимать, что с головы Посейдона чуть не слетела шляпа.
У Пола челюсть отпала от удивления. Он перевел растерянный взгляд на маму.
– Тайсон… он тоже?..
– Нет. Тайсон не мой ребенок.
– Ни за что не мог пропустить пятнадцатый день рождения Перси, – объявил Посейдон. – Понимаете, если б мы жили в Спарте, то с нынешнего дня мой сын считался бы уже взрослым мужчиной.
– Это действительно так, – подтвердил Пол. Он постепенно приходил в себя. – Я, видите ли, знаю это, потому что преподаю историю Древнего мира.
Глаза Посейдона лукаво блеснули.
– Историю? Так там как раз про меня. Почти вся древняя история про меня. Салли, Пол, Тайсон, вы не будете возражать, если я на минутку похищу у вас Перси?
Он положил руку мне на плечи и вывел на кухню.
Как только мы остались с ним наедине, его улыбка тотчас погасла.
– Как ты, мой мальчик? Здоров? Все в порядке?
– Ну да, а чего? Все нормально.
– До меня дошли кое-какие слухи, – продолжал Посейдон, – но хотелось все узнать непосредственно от тебя самого. Расскажи мне все с самого начала.
Я так и сделал. Хотя меня чуточку смущало то неослабное внимание, с которым слушал меня отец. Он не сводил с меня глаз, но выражение его лица ни разу не изменилось за все время, пока я продолжал рассказ. Когда я наконец замолчал, он многозначительно кивнул головой.
– Итак, Кронос возвращается. Недолго, выходит, нам ждать новой войны.
– А что с Лукой? Он вправду погиб?
– Не знаю, Перси. И это меня сильно беспокоит.
– Но тело-то его смертно. Разве вы не можете разрушить его?
