Недолго им пришлось дожидаться случая, потому что там этот страшный горный гость не является редкостью. Действительно, в этой местности серые медведи многочисленнее других четвероногих. Они не живут стадами, но, будучи многочисленны, нередко собираются случайно. Чаще всего их встречают группами по четыре особи, и в таком случае это просто члены одной семьи: самец, самка и два детеныша. В этом отношении серая медведица походит на самку ursus maritimus и приносит пару медвежат, в то время как черная и бурая рождают трех детенышей.
Есть основания предполагать, что бояться исчезновения породы серых медведей не стоит. Во-первых, его мясо крайне невкусно; сами индейцы не едят его, между тем, как лакомятся черным медведем. Во-вторых, мех не имеет почти никакой цены и с трудом находятся покупатели. Наконец — и это важнее всего, — охотники не очень хотят вступать с этим зверем в битву, которая почти всегда заканчивается смертью и не представляет никакой выгоды. Вот почему старик Ефрем, как называют медведя в крае, может спокойно жить в своей области.
В форте Хокет было чрезвычайно много работы, так что охотники наши не могли найти проводника и должны были одни отправиться на промысел.
Так как форт Хокет лежит в совершенно дикой местности и удален от всякого населения, то путешественникам и не представляло большого труда встретиться с серым медведем. Первый поход их был, однако, очень неудачен и они возвратились в форт, не увидав ни одного следа grizzli, как называют его американцы.
Впрочем, день этот нельзя было назвать потерянным. Они убили одно из редких в Америке животных — козу Скалистых гор, встречающуюся только в известной части этого огромного горного хребта. Это животное, известное длиной своей шелковистой белоснежной шерсти, настоящая дикая коза и единственный представитель рода, принадлежащего собственно американской фауне. Коза эта размером с домашнюю и с такими же рогами; но шерсть у нее такая длинная, что ниспадает до ног, отчего сама она кажется толще, а ноги ее короче, нежели на самом деле. Она водится лишь в самых высоких, недоступных местностях, и ее редко добывают даже самые искусные охотники. Значит, наши путешественники не считали этот день потерянным…
Наутро они снова отправились на поиски серого медведя.
Отойдя на милю от форта, охотники осторожно пробирались по гористой местности, на которой там и сям группами росли деревья и кустарники, что напоминало парк. Долины Скалистых гор часто имеют такой вид и в самой северной части эти рощицы состоят, главным образом, из ягодных кустарников и фруктовых деревьев — дикой смородины, вишни, сливы и других. Серый медведь чрезвычайно падок до всех этих плодов, а так как наши охотники встретили на дороге огромное их количество, то не сомневались увидеть хоть одного гризли, пустившегося на поиски любимых лакомств. Ветви некоторых вишен были совершенно пригнуты к земле, а иные просто изломаны, что свидетельствовало о том, что здесь только что побывал серый мишка или, как его здесь называют, старик Ефрем.
Наши охотники отправились пешком, и это было крайне неблагоразумно. Трапперы предостерегали их, но русские охотники оставались глухи к их словам, потому что как братья Гродоновы, так и сам Пушкин имели лишь самое поверхностное представление об угрожавшей им опасности. Они слышали и читали, что серый медведь свирепее всех своих собратьев, но, победив столько медведей, вообразили, что легко справятся и с этим. Между тем, старик Ефрем был страшен даже для самых искусных и отважных туземцев.
Гродоновы не замедлили убедиться в этом. Они вышли на обширную поляну, где местами росли одинокие деревья, под которыми не было ни кустарников, ни высокой травы, и они могли видеть хорошо по всем направлениям, до самой опушки окружающих лесов. Вдруг страшный шум, раздавшийся сзади, коснулся их слуха и заставил остановиться и оглянуться. Это было какое-то тяжелое сопение.
Пара серых медведей, по-видимому, самец и самка, появились из леса, откуда только что вышли наши путешественники. Звери стояли на задних лапах, и по их сопению, резкому ворчанью и движениям можно было убедиться, что они не только видели наших героев, но и готовились к нападению. И действительно, они бросились вперед со скоростью лошади.
Раздались три выстрела, и один из медведей, стоявший впереди, повалился, убитый наповал. Не сговариваясь, охотники выстрелили по одному и тому же зверю — обстоятельство печальное, так как если бы хоть один из них целился в другого медведя, то мог бы, по крайней мере, тяжело ранить его.
