— Нет, мы не по поводу одиннадцатого «А», — осадил учителя Куликов. — Подскажите, одиннадцатого числа вы были в салоне «Чародейка» на Ленина, сто тринадцать?
— Да, я там стригся, и кажется, да, это было одиннадцатое число. А в чем, собственно, дело? Если у них, — он кивнул в сторону Тани, — пропали деньги, то это точно не я, — замотал он головой.
— А с чего вы взяли, что у них пропали деньги? — удивился Иван.
— Так вы же не просто так с собой парикмахершу таскаете? Значит, она с этим связана! — сделал вывод Туз.
— Нет, дело не в деньгах и не в одиннадцатом «А». В тот день вы что-нибудь подозрительное заметили в «Чародейке»?
— Что вы называете подозрительным? — хмуро ухмыльнулся Кирилл Романович. — Ужасная дыра эта ваша «Чародейка», — это уже относилось к Татьяне. — Называются салоном эконом-класса, а деньги дерут как будто в элитном салоне красоты. И еще этот их Славик, мерзкий тип такой.
Куликов удивленно уставился на учителя информатики.
— Славик? Да он же мухи не обидит, тихий, спокойный.
— Ага, тихий-спокойный, светло-синий. Я, конечно, не гомофоб какой-то там, но этих нетрадиционных недолюбливаю, — фыркнул он. — Вечно такой жеманный. «Вам водички? Вам кофейку?», — передразнил он Славика. — Тьфу, погань какая! — сплюнул Кирилл Романович.
— А зачем же вы у него стрижетесь, если недолюбливаете? И цены у нас, оказывается, кусаются! — строго спросила Таня, она еле сдерживала свой гнев. Какой же он все-таки гнусный тип!
— Так стрижет ваш Славик шикарно, это да, этого не отнимешь! А я хоть и хожу в «Чародейку», но ваших светло-синих не понимаю, — ворчал учитель. — Довели страну!
Куликов чуть не расхохотался:
— Какую же страну они довели?
— Да любую страну могут довести! Вот и у вашего Славика, такого тихого и вежливого, демоны в душе, тараканы в голове! — разбушевался Туз. — Только ему, пожалуйста, не говорите, а то меня стричь откажется!
Татьяна вообще оторопела от такой наглости, после таких слов еще и собирается дальше общаться со Славиком как ни в чем не бывало.
Больше от Кирилла Романовича добыть информацию не получилось, ничего подозрительного в тот день не видел, не слышал. Об Анне Сорокиной читал только в интернете, в жизни ни с девочкой, ни с ее матерью не был знаком.
Татьяна пыталась отследить реакцию Кирилла Романовича на эти вопросы, но то ли он был отличный актер, то ли действительно не имел отношения к похищенной девочке, но выведать у него ничего не получилось.
