Женщины также не освобождались от организации и контроля. Специальные должностные лица регулярно посещали деревни, чтобы осмотреть всех девочек, достигших возраста приблизительно десяти лет. Они делили их на две группы; тех, которые обещали стать красавицами, отсылали для получения образования в специальные учреждения государства или оставляли для совершения обряда жертвоприношения, производимого в особых случаях или в критической ситуации, например при вступлении на престол или при серьезной болезни императора. Оставшиеся должны были в свое время выйти замуж за мальчиков по распоряжению курака деревни, который подбирал семейные пары. Отобранных же девочек помещали в женские монастыри под названием Аккла Хуаси (Дома избранных женщин), в столицы провинций или в Куско (фото 69). Там они изучали такие ремесла, как прядение и ткачество, кулинария. Девочки, предназначенные для жертвоприношения, считались удачливыми, так как им обеспечивалась беззаботная и комфортная жизнь в потустороннем мире. Другие были разделены на тех, которые милостью императора сделаются в свое время женами знати или успешных воинов, и на мамаконас – не главных жен или служанок императора, имелись и такие, которым предписывалось вечное целомудрие, их посыпали в храмы и святилища. Среди тех, кто обслуживал императора, были высококвалифицированные ткачихи, они делали для него прекрасную одежду.
Подсчет людей и их продукции требовал специального класса бухгалтеров, или кипукамайок, обученных счету чисел по кипу[4] – связке верениц нитей различной толщины и цвета, на которых различные числа обозначались узлами разных размеров. Маловероятно, что они могли использоваться для чего-либо другого, кроме подсчета чисел, и отчеты о таком товаре, как количество кукурузы или чича, видимо, расшифровывались одними кипукамайок, а перепись населения – другими. Те же самые бухгалтеры, как полагают, использовали абак с десятичной системой – в отличие от двадцатиричной арифметики майя. Разновидность кипу все еще используется андскими пастухами, чтобы подсчитывать стада, но дошедшие до нас древние примеры – все взяты из прибрежных могил. Большинство из них датируется инкским периодом, но идея эта может быть столь же стара, как Мочикская культура, так как похожие на кипу предметы изображены на некоторых глиняных горшках этой культуры. Нет никаких сведений о какой-либо системе мер и весов среди инков или других перуанских народов, и методы, которыми измерялись соответствующие величины, неизвестны. На побережье были найдены маленькие весы с поперечным брусом, к концам которого подвешены чашки весов порядка шести дюймов длиной. Они выполнены из искусно вырезанной кости, древесины или металла и принадлежат различным временным периодам. Такие весы могут использоваться только для очень маленьких предметов, возможно для драгоценного материала. Кроме местного обмена, во времена инков не существовало никакой торговли, так как передвижение и распределение продовольствия и других предметов потребления управлялись государством и их транспортировка входила в обязанности мита. Не было также никаких денег.
Наиболее важным фактором в консолидации и поддержании империи считалась система дорог.
Кое-что об этом уже говорилось в связи с Чиму, и прибрежная дорога инков, которая пересекала все побережье от Тумбеза до Арекипы и, возможно, продолжалась дальше в Чили, вероятно, в значительной степени состояла из старых дорог прибрежных государств, измененных и продолженных, где это необходимо. Еще более важной для инков была высокогорная система дорог и их ответвлений, которые соединялись во многих пунктах с дорогой побережья. Во времена своего расцвета эта дорога простиралась от северной границы Эквадора, вела вниз через Кито, Кахамарку, Куско и другие города к озеру Титикака, где она разветвлялась: одна развилка уходила на северо-восток от озера, через Боливийское нагорье к Северо-Западной Аргентине, а другая шла по противоположной стороне озера и в конце концов достигала чилийского побережья. Ответвления соединяли главную дорогу с важными городами. Строительство дорог в горах было гораздо более сложной проблемой, чем на побережье, так как они пересекали труднопроходимую местность с твердой почвой. Никакой необходимости в большой ширине тогда не было, так как движение на дороге в то время состояло только из людей и лам. В некоторых местах ширина дороги составляла всего лишь ярд, хотя главный маршрут был, без сомнения, более широким. Дороги, чтобы преодолевать зигзаги гор, иногда становились настоящими лестницами; проходили сквозь горные отроги или огибали утесы; они обкладывались стенами на высоких плато и прокладывались на болотах в виде обложенных камнями тротуаров из дерна, пронизанных водоотводящими трубами для дренажа.
