Первая гражданская война в Риме полностью

В 1994 г. увидел свет IX том второго издания «Кембриджской древней истории», в котором раздел о гражданской войне 80-х гг. до н. э. написан Р. Сигером[97]. Союзническая война, отмечает ученый, лишь приглушила борьбу политических группировок в Риме; в складывавшейся ситуации все меньше становилась надежда на государственный подход и возрастала, в свою очередь, вероятность активного участия в политике cives novi. (Заметим, однако, что до 87 г. до н. э. такая активность не просматривается.) Анализируя события 88 г. до н. э., Р. Сигер пишет, что если бы Сулла не отменил закон Сульпиция о распределении италийцев по 35 трибам, это помогло бы избежать кровопролития в дальнейшем, не учитывая, что для будущего диктатора это был принципиальный вопрос. Ученый разделяет точку зрения, согласно которой марианская «чистка» затронула немногих людей; среди них не видно тех, кого можно было бы связать с Суллой; это не то же самое, что среди них не имелось его сторонников, достаточно вспомнить Катула, под чьим командованием служил Сулла в 102—101 гг. до н. э. Р. Сигер отмечает сложность объективной оценки марианского режима, если учесть скудость и просулланский характер источников. Он вслед за другими историками указывает, что в целом римская верхушка была настроена лояльно по отношению к новой власти, тогда как Сулла практически не пользовался поддержкой в сенате. Попытку же сенаторов договориться с ним Р. Сигер объясняет стремлением не только «избежать возобновления гражданской войны, но и, что было совершенно нереальным, сохранить корпоративный авторитет по отношению к отдельным лицам, будь то Цинна или Карбон с одной стороны или Сулла — с другой» (Seager 1994, 183). В целом его очерк неплохо отражает состояние вопроса на тот момент, позиция самого автора представляется, в отличие от X. Ласта (см. выше), достаточно взвешенной.

При всем обилии (хотя и весьма относительном) исследований о событиях 80-х гг. до н. э., длительное время отсутствовали крупные работы о циннанском режиме — диссертация Г. Беннета представляет собой не более чем объемную статью. Этот пробел был отчасти восполнен в 2002 г., когда вышла в свет монография М. Ловано «Эпоха Цинны: Поздняя Римская республика в горниле суровых испытаний». В книге освещаются события 88—82/81 гг. до н. э. — от трибуната П. Сульпиция до битвы у Коллинских ворот и последних боев с марианцами в провинциях, однако перипетии 88 г. до н. э. в силу заявленной тематики анализируются далеко не полно. Автор ведет исследование в направлении, заданном еще Г. Беннетом. По мнению М. Ловано, сенат при циннанцах функционировал более или менее нормально и иногда даже поступал вопреки их воле, о чем свидетельствует деятельность «партии мира» накануне возвращения Суллы с Востока. Ученый указывает, что поддержка Суллы большинством сенаторов — фикция, основная часть patres не занимала чьей-либо стороны, но мирно сотрудничала с циннанцами, пока те были у власти. Очевидна поддержка последних со стороны широких кругов всадничества, о чем говорит хотя бы число проскрибированных представителей этого сословия. В политике Цинны их привлекали меры по укреплению финансовой системы. Всадники могли опасаться, что Сулла против их участия в деятельности quaestiones perpetuae, откуда диктатор и удалил их после своего прихода к власти. По мнению М. Ловано, победы Фимбрии способствовали оживлению деятельности откупщиков в Азии, а Сулла был связан с Ливием Друзом, Марком Скавром, Рутилием Руфом, противившимися произволу публиканов (вывод очень спорный, особенно если учесть давность и преходящий характер такого рода связей).

О политической стабильности при циннанском режиме свидетельствует более или менее нормальное функционирование судебной системы. Регулярно проводились выборы, причем низшие магистратуры доставались не только лояльным режиму лицам. В целом у циннанцев не было нужды слишком давить на комиции, которые поддерживали их, ибо циннанцы обеспечивали хлебные раздачи, защиту от Суллы (?), экономические реформы и др. Что же касается италийцев, то циннанцы выполнили свое обещание и распределили их по всем 35 трибам (в отношении данных о результатах цифр ценза 86—85 гг. ученый склонен принять прочтение К. Ю. Белоха). После Цинны вопрос о распределении по 35 трибам вообще больше не вставал.

«Цинна посеял семена будущей гражданской распри, но он также оставил пример лидера, способного договариваться с сенатом, обретать поддержку всадничества и городского плебса и интегрировать италийцев в римский политический организм (equation). [...]. Цинна унаследовал римское государство, измученное гражданской войной, личной враждой влиятельных лиц и экономическим кризисом. Тем не менее он сумел сохранить его и помочь различными путями его преобразованию» (Lovano 2002, 140). Однако при всей детальности изложения и взвешенности оценок монография представляет собой лишь добротную сводку уже известных трактовок[98].