Первая гражданская война в Риме полностью

Первым бревиарием, в котором изложена история гражданской войны 80-х гг. до н. э., является знаменитая своими биографическими зарисовками «Римская история» Веллея Патеркула, написанная в эпоху Тиберия, в 30 или 31 гг. н. э. Прадед автора служил при Сулле во времена Союзнической войны (Veil. Pat. II. 16. 2), что не могло не сказаться на взглядах писателя. Применительно к событиям bellum civile (другое дело — после ее окончания)[29] он оценивает диктатора как человека, заслуживающего высочайшей похвалы (17.1)[30], миротворца (pads auctor: 25.1). Виновниками же смуты изображаются его недруги, однако и они показаны неоднозначно. Сульпиций характеризуется как человек, выдающийся силой дарования и духа (vigore ingenii atque animi celeberrimus), чья беда в том, что он свернул с правильного пути и вступил в союз с Марием (18.5). Но и Марий оценивается как выдающийся полководец, хотя и опасный для государства в мирное время (11.1)[31]. Выражается ему некоторое сочувствие и в его скитаниях по Африке (19.4). Достойным славы отца признается и Марий Младший (26.1). Цинна сурово осуждается за свои действия и опрометчивость в замыслах (20.2; 24.5), но его решительность удостаивается похвалы[32]. Враги Цинны и Мария, как и у эпитоматора Ливия, именуются оптиматами. Описание гражданской войны 80-х гг. до н. э. занимает у Веллея 10 глав[33], но сведений, отсутствующих в других источниках, здесь не так уж много[34], тем более что многие из них достаточно спорны (см. ниже). Однако и они при общей скудости Источниковой базы по данной тематике представляют интерес наряду с оценками Веллея.

Немало ценных сообщений содержится в сборнике «Достопамятные деяния и изречения» Валерия Максима, написанном примерно в те же годы, что и труд Веллея Патеркула. Валерий Максим ставит перед собой задачу сохранить память о моральных достоинствах героев прошлых времен (преимущественно до битвы при Акции), не очень считаясь с хронологией и контекстом[35]. Именно у него марианские репрессии впервые именуются проскрипциями (Val. Max. IV. 3. 14; V. 3. 3; VI. 9. 14), что вряд ли является простой неточностью, свидетельствуя скорее о стремлении писателя приравнять жестокости марианцев по масштабам к сулланскому террору. При этом, осуждая и Суллу, и Мария[36], и Цинну как поджигателей гражданской войны, погубивших немало сограждан, Валерий Максим отмечает, что и они при всем том не преступали известных границ (И. 8. 7). В целом же, несмотря на склонность к риторике и обусловленные ею искажения, труд Валерия Максима представляет немалую ценность как источник по рассматриваемой теме, помогая лучше осветить позицию сената, положение в Италии, личные связи между участниками событий и др.

Интерес представляет и краткий обзор событий гражданской войны в поэме Марка Аннея Лукана (II. 70-233; см. также: I. 581-583; II. 545-550; IV. 822-824; VI. 793-796; IX. 204-205). По-видимому, этот обзор восходит к Ливию. «Поэма не содержит каких-либо сведений, которых мы не знаем из других источников, однако она представляет интерес драматическим рассказом о жертвах Мария и Цинны в 87 и Суллы в 82 г.[37]; Лукан горячо осуждает гражданскую войну и делает акцент на личной вражде Мария и Суллы (фактически исключая роль Цинны)» в моралистических целях (Lovano 2002, 151). Именно этими целями обусловлено то, что поэт описал лишь сцены расправ, опустив все остальное; для яркости изложения он преподносит дело как собственные воспоминания[38]. Больший в фактологическом отношении интерес представляют поздние схолии к Лукану, известные как Commenta Bernensia и Adnotationes super supqr Lucanum. Их авторы использовали — видимо, через посредников — ‘Historiae’ Саллюстия (Rawson 1987, 164) и сообщили немало сведений о событиях 80-х гг. до н. э. (об изгнании Мария марианской «чистке», войне 83—82 гг. и др.), представляющих, несмотря на многочисленные ошибки и неточности, несомненный интерес для исследователей.