Первая люболь полностью

– Спасибо за приглашение, но у нас с Розой другие планы! – лихо выкрутилась моя соседка по парте.

– Что может быть важнее вечеринки с любимыми одноклассниками? – По моей коже пробежал холодок, когда я услышала низкий зловещий голос за спиной.

Воин пошел в наступление. Ну, разумеется.

– Двойное свидание, – не моргнув, соврала Ада, поспешно отправляя вещи в рюкзак.

Судорожно кивнув в подтверждение ее слов, я опустила плечи, вновь ощутив на себе недружелюбный взгляд колючих льдисто-голубых глаз. Рассмеявшись напоследок низким злорадным смехом, хулиган стремительно покинул класс.

– Ну и чудненько! Меньше народа – больше кислорода! – прощебетала Краева, спрыгивая с парты.

– Роза, ты точно не сможешь прийти к Бодрову? – Уже у выхода задержал меня Азат Арабаджан.

– Э-э-э… нет! – Я натянуто улыбнулась, стараясь не смотреть на его кустистые, практически сросшиеся брови, как у Фриды Кало.

Не знаю почему, но они вызывали у меня улыбку.

– У вас правда свидание? – Парень склонился надо мной, обдав чересчур едким запахом одеколона.

– Ну, как тебе сказать… Скорее дружеская встреча! – Я еще никогда не врала так много и самозабвенно, как за последние несколько дней.

– Ясно. Может, вместе пойдем в столовку? Хочешь пирожок или пирожное?

– Спасибо, но мне пора на собрание оргкомитета… – Помахав Азату рукой, я поспешила из класса.

Спускаясь по пустой лестнице, я подумала, что такими темпами оставшиеся месяцы до выпускного покажутся мне вечностью. Около музыкального класса снова было пусто, однако из приоткрытой двери доносились голоса и приглушенный смех. Неловко улыбаясь, я протиснулась внутрь, сразу направляясь к Нелли.

– Роза, рада тебя видеть! Располагайся. Света и Лена уже занимаются стенгазетой, присоединяйся, – скомандовала Корсакова, и я, не задавая лишних вопросов, расположилась с ее боевыми подругами за сдвоенной задней партой.

Кроме нас тут находились еще пять ребят из параллели. Потратив несколько минут на дежурную болтовню, мы приступили к работе.

Через пару часов моя негативная энергия, наконец, нашла выход – вместе с остальными членами оргкомитета мы любовались душевными плакатами для школьного драмкружка.

– Вместе через ужасы войны… – задумчиво прочитала я надпись на одном из них.

– Ага. В этом году 75-летие победы над фашистами, и мы решили поставить спектакль по реальной истории любви ветеранов Великой Отечественной войны! Кстати, если здоровье позволит, Мария Даниловна будет присутствовать на премьере, – гордо поделилась председательница оргкомитета.

– Как здорово! – Я искренне улыбнулась в ответ.

– Здорово-то здорово, только боюсь, как бы Краева нам все не испортила… – Нелли вздохнула, переглядываясь со Светой и Леной. – Она уже два года выпрашивала главную роль хотя бы в одном спектакле, и перед Новым годом мы скрепя сердцем утвердили ей партию Джульетты в небезызвестной истории любви. Но несколько дней назад все переиграли. Режиссер сомневается, что Анька потянет роль сердобольной медсестры! Да и нарядных платьев не будет… – Красавица с блестящими карамельными волосами закатила глаза.

Аня Краева была последней, кого я представляла актрисой в военном спектакле, но спорить не стала – не мое дело.

Попрощавшись с девчонками, я быстро оделась и вышла на улицу. Невесомые хлопья снега таяли, стоило им коснуться моих щек. Январская прохлада овеяла разгоряченное лицо.

– А в новой школе не так уж и плохо… – Я вздрогнула, не успев закончить свою мысль, потому что чьи-то холодные пальцы сомкнулись на моем запястье.

– Куда собралась, новенькая? – Воинов резко развернул меня и, рывком прижав к груди, обдал лицо горячим прокуренным дыханием. – Разве забыла: ты задолжала мне поцелуй. Или хочешь, чтобы я поставил тебя на счетчик? – Его пальцы коснулись моей щеки, и дыхание перехватило.

– Воинов, оставь меня в покое! – Холодный воздух был таким плотным, что мне стало больно дышать.

– А ты быстро освоилась в нашем районе. Уже себе и подружку для гулянок нашла? – Едкий смех вперемежку с кашлем заставил вздрогнуть.

– Чем портить мне жизнь, лучше бы занялся своим здоровьем… – пробормотала я, опуская свой взгляд.

Зрительный контакт с Воином отнимал чересчур много сил, а я и так нуждалась в подзарядке.

– Мое здоровье – последнее, что тебя должно волновать, малая! – Он провел кончиками пальцев по моему подбородку. – И мы свернули с темы – ты что, камикадзе? Какого хрена отказалась от поцелуя? – В последнем вопросе сквозило такое искреннее непонимание, что я все-таки осмелилась на него посмотреть.

Растрепанный, с бледными впалыми щеками и перебитым носом, он был невероятно красив собой, обладая внешностью юной рок-звезды. Мне нужно было держаться от него как можно дальше, только по какой-то нелепой насмешке судьбы мы постоянно сталкивались.

– Всего один взрослый поцелуй, и я решу все твои проблемы. – На его щеках вспыхнули красноватые пятна, губы приоткрылись, кадык подрагивал.