Наступление 4 июня истощило силы турок. «Я чувствовал, что еще одна энергичная атака англичан приведет к самым плачевным результатам», – вспоминал полковник Канненгиссер. «Если бы британцы на следующий день атаковали с такой же решительностью, – писал турецкий офицер, – все было бы кончено». Но ни у британцев, ни у французов не осталось сил, чтобы возобновить наступление на следующий день. Батальон Королевской морской дивизии, прибывший на полуостров с тридцатью офицерами, потерял двадцать из них в наступлении 6 мая и еще шесть 4 июня. Среди убитых был лейтенант Оскар Фрейберг, чей брат Бернард выздоравливал в каирском госпитале после ранения в живот. Последний раз Оскара видели живым в турецкой траншее, с пистолетом в руках. Его тело так и не нашли.
4 июля погиб и рядовой Т. Ирдли из Манчестера. Он участвовал в боях на полуострове с момента высадки в апреле. На гражданке он увлекался собиранием автографов. После его гибели в окопе нашли открытку с такими словами: «Человек, который хладнокровно охотится за автографами, когда вокруг него рушится сама цивилизация, а неподалеку засели турки, заслуживает успеха. Приступим. Дж. Бернард Шоу».
Среди тех, кто участвовал в сражении 4 июня и остался жив, был А. П. Герберт; его книгу «Тайная битва» (The Secret Battle), рассказывающую о жизни и смерти на мысе Геллес и о том, как храброго человека расстреляли за трусость, Черчилль в своем предисловии назвал «одним из криков боли, вырванных у сражающихся солдат долгими и безмерными муками, через которые им выпало пройти; эти строки, как и стихи Зигфрида Сассуна, должно прочесть каждое поколение, чтобы ни у мужчин, ни у женщин не осталось иллюзий, что такое война». А. П. Герберт также написал стихотворение об этой битве:
Турки контратаковали 6 июня; план наступления был подготовлен Канненгиссером и двумя немецкими штабными офицерами. На нейтральной полосе турецкие солдаты наткнулись на немецкого морского пехотинца, который входил в состав пулеметного расчета, захваченного британцами 4 июня. Этот моряк, старший матрос Петерс, в суматохе боя сбежал от британцев, которые вели его к своим траншеям. Когда он выпрыгнул на ничейную полосу и побежал, британцы подумали, что наблюдают за отчаянной храбростью своего товарища. К несчастью, турки, увидев бегущего к ним человека в морской форме, приняли его за врага и открыли огонь. Петерсу пришлось укрыться в воронке от снаряда. Он просидел там два дня и две ночи, без воды и пищи. Его спасли турки, предпринявшие контратаку. Вскоре после этого контратаковали уже британцы – они отбросили турок на первоначальные позиции.
Вторая битва при Критии закончилась. Потери обеих сторон были огромными: 4500 убитых и раненых британцев, 2000 французов и 9000 турок. По пути в Египет госпитальные суда делали остановки, чтобы похоронить в море тех, кто умер от тяжелых ран. Помощник начальника медицинской службы в Александрии писал: «Обычно я встаю утром и вижу суда, стоящие в очереди на вход в порт, и задаю себе вопрос, где мы разместим всех этих людей».
На Западном фронте, как и на мысе Геллес, линию траншей углубляли и укрепляли; две противостоящие друг другу армии ежедневно обменивались снайперским и артиллерийским огнем. На мысе Геллес турки могли стрелять не только с севера, с высоты Ачи-Баба, но также с юга, через Дарданеллы, – с азиатского берега, с той самой равнины, которая была свидетелем Троянской войны. Среди британских офицеров на мысе Геллес был Патрик Шоу-Стюарт, ученый из Оксфорда и поэт.
