Конрад в своих мемуарах пишет, что его руководящей идеей операций против России было наступление невзирая на риск, так как оборона при первых же столкновениях повлекла бы катастрофу для австро-венгерской армии. 40 дивизий, собранных в Галиции (эшелоны «А» и «С»), не могли оставаться пассивными в то время, когда численно превосходящие русские силы теснили бы союзников в Восточной Пруссии и Румынии, а затем после легкой победы над ними обрушились бы всеми силами на Австро-Венгрию. Перейдя Верхнюю Вислу, близ впадения в нее р. Сан, и сковав австро-венгерские армии в Галиции, русские открыли бы свободный путь на Берлин или Вену. «Прежде всего возможно крупными силами дать генеральное сражение русским войскам, сосредоточенным между pp. Висла и Буг, при содействии с севера удара на Седлец большею частью собранных в Восточной Пруссии германских сил, — такова была ближайшая цель моего плана», — писал Конрад[21].
В связи с изменением политического положения в 1913 и 1914 гг. Конрад ввел частичные поправки в австрийский план операций. Сомнение насчет верности союзу Италии вынудило снять с расчета 4 германские дивизии, которые Мольтке обещал сосредоточить в Силезии сверх ландверного корпуса, а число германских дивизий в Восточной Пруссии было уменьшено до 9; [78] тяжесть русского удара на Востоке все более ложилась на австрийцев. Еще чувствительнее было отпадение Румынии. На румынскую армию возлагалась надежда, что она в составе 10 дивизий развернется в Молдавии и притянет на себя русские войска Одесского округа, т. е. 7-ю и 8-ю армии в Бессарабии и Подолии.
С выходом Румынии из союза приходилось осадить назад развертывание правофланговой австро-венгерской группы в Восточной Галиции, чтобы не подвергать ее удару со стороны 3-й и 8-й русских армий. А этот отвод правого крыла отражался и на развертывании 1-й и 4-й австро-венгерских армий, предназначавшихся для вторжения в Польшу между pp. Висла и Буг. Их развертывание приходилось отнести более на запад и упереть их левый фланг в р. Висла, чтобы ближе примкнуть к германским войскам и сохранить за собой свободу маневра по тому или другому берегу р. Висла. В случае неудачи австро-венгерские армии скорее могли бы быть отведены за р. Сан в Западную Галицию и легче можно было бы избежать оттеснения их на юг — за Карпаты.
Предположения о таком изменении австро-венгерского развертывания впервые намечены были Конрадом летом 1913 г. Осенью этого года все австрийское развертывание было осажено, и фронт его определялся линией: устье р. Сан — Рава Русская — Жолкиев — Злочов — Тарнополь — р. Серет. К 1 апреля 1914 г. это развертывание было окончательно разработано, но весной [79] этого года Конрад выработал новый план с целью осадить еще более австрийский фронт на линию pp. Сан и Днестр. Как только определилась вероятность войны на два фронта, был окончательно утвержден для Русского фронта выработанный зимой план, и Управлению железных дорог были даны указания относительно новых станций выгрузки в районах сосредоточения. Потребовалось изменение 84 маршрутов, которые спешно были переработаны в течение июля 1914 г., и вся работа по изменению стратегического развертывания австрийцев в Галиции была закончена к первому дню частной мобилизации австрийцев 28 июля.
На Сербском фронте план Конрада предусматривал развертывания трех армий: 2-й армии — по течению pp. Сава и Дунай, по обе стороны Белграда; 5-й армии — по левому берегу р. Дрина, до впадения ее в р. Сава, и 6-й армии — в Боснии, между Сараевым и сербской границей. Эти армии должны были вторгнуться в Сербию с севера и с запада и обойти сербскую армию с обоих флангов.
Антанта
Еще в период сосредоточения армий в Ставке постепенно назревает решение о скорейшем переходе в наступление обоих фронтов с целью поддержать французов ввиду готовящегося против них главного удара германцев. Срок начала наступления на Северо-западном фронте подгонялся к 14-му дню мобилизации, что вполне отвечало сроку, установленному военной конвенцией с Францией, а на Юго-западном фронте — к 18 — 19 августа (на 19-й день мобилизации). Таким образом, тяжелые обязательства, выполняемые русским Генеральным штабом, приводили к началу наступательных действий тогда, когда могла быть развернута только 1/3 русских вооруженных сил, и при почти полной [80] неготовности тыловых учреждений обеспечить длительное наступление.
