Ещё немного побродив по тихим и пустым покоям, я всё же отправилась обратно в постель, уже не надеясь, что снова засну: настолько была взбудоражена появлением загадочного гостя. Да и напугана, чего скрывать. Даже коротко выглянула за дверь: никого, только далёкие-далёкие голоса стражников слышались откуда-то снизу. С лестницы, что ли. Похоже, они слепые, раз не заметили того, кто прошёл в комнаты девушек. Либо они знали… и пропустили его без возражений. Смутные подозрения о том, кто это мог быть, я пока постаралась прогнать, чтобы не мучиться ими. Утром выясню. Надеюсь, здесь не водятся призраки. Старый замок — кто его знает.
Не желая больше видеть в комнате никого постороннего, я заблокировала дверь, просунув в ручки её створок ножку довольно тяжёлого, надо сказать, стула. А затем, чувствуя, как слегка озябли ступни, прыгнула под одеяло. Собралась уже до рассвета перекатывать в голове тревожные мысли, но совершенно неожиданно уснула вновь.
Утром яростным стуком в дверь меня разбудила Вига. Пришлось вставать и открывать ей — но служанка даже не обратила внимания на то, каким образом подопечная сегодня заперлась. За ночь она стала какой-то слишком строгой и нетерпеливой. Как будто успела слегка со мной свыкнуться и решила, что может теперь позволить себе некоторую долю полезного панибратства. Я была слишком отдохнувшей и слишком озадаченной ночным явлением, чтобы осадить её, как должно в таком случае.
— Вы вчера пропустили ужин, — с лёгким укором тараторила она, расправляя полотенце на поручне умывальника. — Но не явиться за завтрак сегодня будет уже совсем невежливо. На него придёт и эфри Лотберга фон Вальд.
Я обернулась, забыв проглотить только что выпитую воду. Это кто ещё такая?
— Это родственница герцога? — уточнила на всякий случай.
Если её упомянули отдельно, значит, и правда особа не последнего порядка. К тому же носит одну с ним фамилию — может, матушка? Но я ни разу не слышала, чтобы его светлость жил с матерью. Вообще о его родителях среди всех слухов не ходило ни одного.
— Да, — Вига кивнула, степенно пройдя к постели, и принялась её заправлять, хоть я собиралась сделать это сама. По привычке. — Это его тётка по отцовской линии. Вернее, жена его дяди. Но он её очень почитает. Суровая женщина. Говорят, ведьма. Она осталась вдовой, и его светлость забрал её вместе с сыном из Бергландера в свой новый дом.
В чужой, отобранный силой дом, если быть точной, — добавила я про себя.
— Ещё одна надзирательница, — проворчала тихо. Может быть, Вига даже не услышала.
Мало нам Хардвина, этого въедливого, словно пиявка, дракона. Кстати, метку свою он с меня так не снял — ещё один необходимый вопрос, который придётся волей-неволей с ним обсудить. Из этих-то стен мне куда деваться?
— А его светлость приехал? — всё же спросила я у Виги.
Этот ночной гость так и не давал мне покоя.
— Я не слышала, — пожала та плечами. — Наверное, нам сообщили бы.
Странно. Если не герцог, то кто?
— А ты видела его? — не поторопилась я отстать от служанки.
Вига замотала головой, быстрыми движениями взбивая подушку.
— Нет. Я здесь недавно. После того как его светлость переехал в этот замок, сюда набрали много новой прислуги.
Вот повезло мне так повезло. Эбреверте, значит, прислуга двери в чужие комнаты открывает, а моя даже не знает, как выглядит его драконья светлость. Как назло!
Вига помогла мне причесаться и зашнуровать платье — то самое, голубое с вышивкой. Я посмотрела на себя в высокое старое зеркало и не смогла припомнить, чтобы когда-то выглядела столь аристократично. Правда, немного смущал слишком широкий ворот, который только непостижимым чудом держался на плечах, открывал до интригующих границ грудь и позволял всем лицезреть густо рассыпанные по коже веснушки.
Позволив мне вдоволь изучить своё отражение, служанка повела меня вниз весьма расторопно, будто мы уже куда-то опаздывали. Я едва успевала вертеть головой: башня казалась просто огромной! Что же говорить обо всей остальной части замка!
Увлекшись разглядыванием Кифенвальдского нутра, я даже не заметила, как мы всё же добрались до столовой. Внутри было, кажется, тихо. Что же, я пришла первой? Вига услужливо распахнула передо мной дверь, я шагнула внутрь, как на каменный островок посреди лавовой реки, и тут же огляделась.
Здесь было удивительно светло и почти пусто. Лишь во главе щедро накрытого бесчисленным количеством закусок стола ко мне лицом сидела высокая женщина в летах. Немного дородная, но не рыхлая. В строгом, не открывающем ничего, кроме кистей рук, платье песочного цвета, из лёгкой шёлковой ткани — умопомрачительно дорогой. Волосы графини закрывал хитро повязанный вокруг головы платок, зато благодаря этому её строгое лицо казалось ещё более выразительным. Глубокие морщины вокруг твёрдо поджатых губ, островатый подбородок и чуть глубоко посаженные глаза под плавно изогнутыми бровями — из этой темноты она сейчас изучала меня так, словно скорлупку с ореха снимала. Крылья её тонкого носа дёрнулись, когда она закончила беглый осмотр.